Содержание номера

Лехаим № 11 (355)

28 октября 2021
Поделиться

Купить журнал

Колонка редактора

Чтоб у соседа сдохла корова

Борух Горин

Послания Любавичского Ребе

Благословение и мир

Составитель Ишайя Гиссер. Перевод с английского и иврита Евгения Левина

Слово раввина

Возблагодарим учителей

Берл Лазар

Читая Тору

Недельные главы

Джонатан Сакс. Перевод с английского Светланы Силаковой

трансляция

University of Cambridge: Собирая жизнь: несколько десятков новых фрагментов о Моше бен Леви а‑Леви

Алан Элбаум. Перевод с английского Любови Черниной

Актуалии

Актуалии

Неразрезанные страницы

Позднее Средневековье и эра европейской экспансии (1200–1650): на окраинах империи

Сало У. Барон

Архив

«Грабармия» Деникина в записках врача Лазаря Билинкиса

Публикацию подготовила Сара‑Бейла (Надя) Липес

Кабинет историка

Под знаком Соломонова университета

Константин Бондарь

Сложная история современных темплеров

Роберт Рокуэй. Перевод с английского Юлии Полещук

Актуалии

Актуалии

Книжный разговор

Что потеряли мизрахим и что нужно предпринять по справедливости

Эмили Бенедек. Перевод с английского Светланы Силаковой

Древности

Гробница пророка Нахума и еврейское прошлое Курдистана

Семен Чарный

свидетельские показания

Незажившая рана: они спаслись от расстрела в Мариуполе, но смогли ли вернуться к жизни?

Владимир Авцен, Алексей Куралех

Прошлое наизнанку

История о Хануке в старой России

Курт Левиант. Перевод с английского Виктора Голышева

Монолог

О сдаче позиций и о верности принципам

Джеймс Кирчик. Перевод с английского Юлии Полещук

Актуалии

Актуалии

Интервью

Кристина Краснянская: «Мы хотим успеть “в последний вагон” и выступить в Венеции»

Беседу ведет Ирина Мак

Зрительный зал

Вывести из зоны забвения

Ирина Мак

Немирный атом и кошерный поцелуй

Светлана Пахомова

Место, что домом зовется

Михаэль Орен. Перевод с английского Юлии Полещук

Artefactum

Как создавался шедевр Кубрика «2001 год: Космическая одиссея»

Дэвид Микикс. Перевод с английского Светланы Силаковой

Как мы искали Леонарда Коэна

Фрэнсис Брент. Перевод с английского Юлии Полещук

Книжный разговор

Открытый заново текст песни Леонарда Коэна времен Войны Судного дня

Публикацию подготовил Семен Чарный

Актуалии

Актуалии

Книжный разговор

Между Франкфуртом и Иерусалимом: Шолем, Адорно и судьба священного

Бенджамин Балинт. Перевод с английского Светланы Силаковой

От Венеции до Гарлема

Джонатан Карп. Перевод с английского Светланы Силаковой

Книжные новинки

Как апологет дадаизма художник Ман Рэй бежал от нацистов, а также и от своих еврейских корней

Семен Чарный

Гитл и силы судьбы

Ольга Балла‑Гертман

На пересечении бессилия и гнева

Галина Зеленина

Неразрезанные страницы

Евреи как евреи

Иешуа Перле. Перевод с идиша Исроэла Некрасова

Поделиться

Нарушение социальных норм и отлучение в XVIII столетии

Для сефардских общин Западной Европы херем был основным инструментом выявления социальных отклонений и исключения из общины заблудших членов, чьи действия и поведение противоречили ее ценностям. На пути к иудаизму, в процессе обращения из новых христиан в новых евреев, западным сефардам приходилось заново формировать свою еврейскую идентичность и определять ее границы

Иранец в вилайете Азраила, 1963

Главное, что отмечает автор, это сила Израиля. То, чего более всего не хватает ему и его единомышленникам в Иране. А источник этой силы в том — и это звучит как сентенция из «Пиркей Авот», — что Израиль способен учиться у всех, с кем его сводит жизнь. У Востока и Запада, у жизни и у теории, на своих ошибках и на чужих. Белая зависть буквально сочится со страниц

Commentary: В поисках утраченного еврея

До какой степени еврейство Марселя Пруста повлияло на создание «В поисках утраченного времени»? Можно ли назвать его еврейским писателем, частью той группы еврейских гениев XX века — вместе с Эйнштейном, Фрейдом и Кафкой, — никто из которых не соблюдал традиции иудаизма? Многие серьезные евреи не считали Пруста евреем, многие неевреи считали его евреем до мозга костей. Одни полагали, что Шарль Сван, Альбер Блок, актриса Рашель и прочие персонажи свидетельствуют о его антисемитских склонностях. Другие утверждали, что Пруст писал как раввин