Один из самых авторитетных смотров мировой архитектурной жизни несколько удлинился. Благодаря инициативе куратора Рема Колхаса XIV Биеннале архитектуры в Венеции вместо привычных трех месяцев в нынешнем году длится полгода — до 23 ноября.

Голландский архитектор, урбанист, лауреат Прицкеровской премии и венецианского «Золотого льва», автор культовой книги «Нью‑Йорк вне себя», обозначил тему биеннале как «Fundamentals» («Основы»). Национальным же павильонам подкинул отдельный сюжет — «Впитывая современность. 1914–2014», предложив поразмышлять о том, как модернизм уничтожил региональные архитектурные школы. Израиль ответил на кураторский вызов проектом «The Urburb: Patterns of contemporary living» («схемы современной жизни»), который пресса в кулуарах называла лучшим (газета «Гардиан» даже внесла Павильон Израиля в Toп‑10), но жюри решило иначе, отдав «Льва» Северной Корее.

Кураторами израильского проекта выступили архитектор Ори Скиалом, основатель тель‑авивского бюро «Stability», Рой Бранд, профессор кафедры философии Академии искусств и дизайна «Бецалель», художники Керен Йала‑Голан и Эдит Кофски. Придуманное кураторами название «Urburb» — своеобразный нео­логизм, иллюстрирующий ландшафтную мозаику, составленную из остатков планов античных метрополий, города‑сада начала XX века, аграрных поселений, социального жилья середины прошлого столетия, построек последних десятилетий. Urburb, этакая «встроенность», по утверждению кураторов, больше чем архитектурное явление, это скорее состояние души и форма жизни. «Мы хотим показать, как урбанизм и субурбанизм в Израиле уживаются вместе, как современная городская ткань разрастается в пригороды», — объясняет Рой Бранд. Заказанный правительством Давида Бен‑Гуриона так называемый «План Шарона» 1951 года целиком реализован не был, зато идеи выпускника Баухауза архитектора Арье Шарона по сей день составляют основу многих городов Израиля. Иными словами, суть проекта «Urburb» заключена в визуализации различия между модернистским планом, частично оставшимся на бумаге, и дальнейшей реальностью, на него повлиявшей. Стилусы четырех 3D‑принтеров прямо на поверхности рассыпанного по полу белого песка медленно чертят генпланы, точки, окружности, дуги, своим монотонным движением завораживая зрителя. Стоит напомнить, что на иврите слово «песок» имеет сильное фонетическое сходство и семантическую связь с понятием «работа». В некотором смысле проект можно считать метафорой осво­ения пустыни. За каждым из установленных на двух этажах выставки песчаных принтеров закреплена отработка собственного сюжета. Лежащая в рамках единой плоскости проблема поднимается в масштабах, во‑первых, страны (изменение плотности населения с 1949 до 2014 года, во‑вторых, города (планы застройки Иерусалима, Хадеры, Холона), в‑третьих, района (разнообразие планировок кварталов Реховота, Тель‑Авива, Ришон‑ле‑Циона, Нес‑Ционы), в‑четвертых, стандартной жилой единицы (от этажа до квартиры). В программу каждого из принтеров заложено множество сценариев, благодаря которым посетители могут проследить эволюцию городского планирования. Аппарат наносит информацию, стирает ее, затем вычерчивает новую схему, вновь уничтожая ее. Так в бесконечной среде возникают жилые общины, разделенные обширными пространствами, или же появляются новые в границах уже существующей городской сети. Проект коснулся, безусловно, важного для страны вопроса, интересом к себе обязанного лаконичной и вместе с тем эффектной визуализацией.