До следующей ярмарки

Михаил Эдельштейн 29 декабря 2014
Поделиться

Начнем с того, чем принято заканчивать, — с вывода, итога. Книжная ярмарка «non/fiction» окончательно закрепилась в статусе главного события года в интеллектуальной жизни Москвы. Только здесь перед тобой за несколько дней промелькнут все‑все‑все: и друзья, и коллеги, и те, кого привычнее видеть по ТВ или читать в интернете, и те, с кем ты давным‑давно знаком, но встречаешься — так получилось — раз в год — в конце ноября в ЦДХ. Только в дни «non/fiction» можно получить от приятеля СМС: «Привет! Ты тут?» — и сразу понять, о чем речь. Только в очереди за билетом на «non/fiction» спрашивают, какие новинки на этот раз подготовила Историчка, и обсуждают комментарий к очередному тому собрания сочинений Блока. Контраст с сентябрьской книжной ярмаркой на ВДНХ, от года к году становящейся все более фриковатой, разительный.

Причем несколько лет назад казалось, что и «non/fiction» движется в том же направлении, что еще чуть‑чуть — и в залах ЦДХ начнут торговать Донцовой и заманивать на встречи с составителями гороскопов. Но то ли организаторы сделали выводы, то ли так само собой получилось, только сегодня о тех ощущениях не напоминает ничего. И посетители вернулись — в конце нулевых даже в выходные никакой толкотни на ярмарке не было, а в этом году приходилось простоять минут 20 в очереди в кассу или пытаться пройти по купленному тут же с рук самодельному беджу участника ярмарки. И продажами издатели довольны — несмотря на падающий платежеспособный спрос и прочие экономические ужасы.

Евгения Кононенко (издательство «Corpus») дарит послу Израиля в России Дорит Голендер (слева) «Черную книгу» и биографию Рауля Валленберга

Евгения Кононенко (издательство «Corpus») дарит послу Израиля в России Дорит Голендер (слева) «Черную книгу» и биографию Рауля Валленберга

Вернулись и евреи. То есть кого‑кого, а евреев на «non/fiction» хватало всегда, но вернулись еврейские издатели, приучившие было завсегдатаев книжных мероприятий к своей активности, но в последнее время несколько расслабившиеся. На сей раз ударную программу сочинило издательство «Мосты культуры / Гешарим», подготовившее к ярмарке несколько новых книг и связанных с ними мероприятий. Роскошное и вместе с тем научное (нечастое сочетание) издание Книги Маккавеев под редакцией Н. В. Брагинской с комментариями, сопроводительными статьями, приложениями и всем прочим полагающимся. Переработанное и расширенное издание книги Феликса Канделя «Евреи России. Времена и события. История евреев Российской империи». Наконец, второе (также исправленное и расширенное — в полтора раза) издание монографии Романа Тименчика «Последний поэт. Анна Ахматова в 1960‑е годы». Активное учас­тие в «раскрутке» двух последних книг, презентации которых про­шли на самых разных площадках Москвы и Петербурга, приняло посольство Государства Израиль.

Две важные новинки выпустило издательство «Corpus» — это биография Рауля Валленберга, написанная известным шведским славистом Бенгтом Янгфельдтом (интервью с ним см. в следующем номере «Лехаима»), и легендарная «Черная книга», составленная авторским коллективом под руководством Василия Гроссмана и Ильи Эренбурга (она должна была выйти в 1947 году, а в итоге появилась в России 67 лет спустя).

Наконец, издательство «Книжники» порадовало томом путевой прозы (определение крайне приблизительное, но и любое другое будет не точнее) Михаила Генделева «Великое [не]русское путешествие», романами Эли Люксембурга «Десятый голод» и Давида Шраера‑Петрова «Герберт и Нелли», монографией Гершона Дэвида Хундерта «Евреи в Польско‑Литовском государстве в XVIII веке: генеалогия Нового времени» и другими новинками.

И все‑таки главный секрет обаяния ноябрьской ярмарки — не в конкретных книгах или мероприятиях, а в духе места, в общей атмосфере, позволяющей ощущать себя в залах ЦДХ «своим среди своих». А потому — в будущем году на «non/fiction»!

До следующей ярмарки

КОММЕНТАРИИ
Поделиться

Самоопределение сефардских евреев Западной Европы и их отношение к чужим и посторонним

Когда в XVII–XVIII веках на еврейские общины обрушились гонения и катастрофы, испанские и португальские евреи участвовали в объединенных усилиях по содействию пострадавшим. В годы погромов 1648–1649 годов и преследований евреев в Польше во время русско‑шведских войн сефардская община Амстердама собирала солидные суммы для выкупа пленных и помощи пострадавшим. С середины XVII века амстердамская община Талмуд Тора участвовала в объединенных мероприятиях по выкупу евреев, попавших в плен к татарам и московитам

The New Yorker: Гонка за тем, чтобы у каждого ребенка была игрушка

Модельные самолеты, хула‑хупы, тиддливинки и даже китайские шашки — все это оказалось еврейскими изобретениями, список можно продолжить. Немногие из этих изобретателей могли похвастаться беззаботным детством. Между изучением Талмуда и бегством от погромщиков у еврейских детей, оказавшихся в Америке, было не так уж много времени для игры. Большинство выросло в ужасающей бедности и грязи. И все же именно они сформировали современное детство таким, каким мы его знаем

Еврейские погромы в России в 1881 году

По свидетельству современников, погромы как социальное явление, практически не существовали в Российской империи до 1881 года. Это было следствием позднего появления евреев в Российской империи и их расселения на периферии. На некоторых из недавно вошедших в состав империи территорий, таких, как Украина, существовала традиция антиеврейского насилия, но она отсутствовала на собственно российских землях