Будем радоваться

Евгения Гершкович 19 февраля 2015
Поделиться

17 декабря в двенадцатый раз Федерация еврейских общин России вручала премию «Человек года». По сложившейся традиции Хануку 5775 года праздновали в Государственном Кремлевском дворце.

Уж полон был зал, способный вместить шесть тысяч человек, а на выходе из метро продолжали спрашивать лишние билеты. И в очереди к турникетам на входе в Кремль встречались люди, не видевшие друг друга годами: «Как, и вы здесь? — Где ж еще». И были те, кто на таком вечере явно впервые, они думали — на Хануке в Кремле всегда так. Хотя эта церемония не походила на все, что было раньше.

По экрану бежали облака и загорались огоньки заснеженных пряничных 3D‑домиков. Взмах палочки Алексея Шейна, дирижера «Московской симфониетты», и под увертюру Оффенбаха на сцене появились актриса Алика Смехова и певец Марк Тишман, назначенные быть ведущими. Церемония проходила в среду, которая последовала за тем самым «черным вторником», когда доллар очередной раз взлетел. Но главный раввин России Берл Лазар призвал зрителей со сцены: «Прогнозы, что завтра будет хуже, не для нас. Ханука учит, что, когда на улице холодно, в наших домах горит свет!»

Следом за напутствием раввина следовало награждение в десяти номинациях. Когда зрители уже приготовились встречать звездных персонажей, обычно приветствующих лауреатов, выяснилось, что звезда нынче на всех одна — актер Вениамин Смехов: роль церемониймейстера была нынче доверена ему.

Награждение председателя краснодарской еврейской общины Арье Лейба Ткача, открывшего в этом городе новую синагогу (номинация «Общинная жизнь»), Смехов предварил историей про брата собственного деда из Гомеля, основавшего главную синагогу в Чикаго. И не то что бы сразил этим присутствующих. Куда чувствительнее публика оказалась к исполнению группой «ПМ» песни «Опавшие листья», поданной ведущими как произведение не Жозефа Косма, а «кумира миллионов» Ива Монтана, урожденного Иво Ливи. Такова была музыкальная концепция церемонии: звучали шлягеры, написанные композиторами‑евреями. Не придираясь к отдельным вкраплениям Бетховена с Генделем, скажу: как обещали — так и сделали. Тем более что Косма — еще какой еврей. После Монтана таким же образом были вспомянуты Джо Дассен, Марк Бернес, Бенни Гудман, Лео­нид Утесов, Джордж Гершвин. Эмоциональный градус зала поддерживался исполнявшими шлягеры популярными артистами — популярными в буквальном смысле слова. Их приветствовала аудитория — вся, без исключений, от мала до велика, причем молодых в этом году прибавилось. Хору Турецкого, Сосо Павлиашвили и Доминику Джокеру повезло несравнимо больше, чем их предшественникам — западным гастролерам: «Klezmer Madness», Дэвиду Кракауэру, английский группе «Oi Va Voi». И нашему клезмер‑бэнду «Наеховичи». Организаторы решили более не рисковать — и в этот раз зал никто не покинул, а публика заходилась от восторга. Слишком велик этот зал для большого искусства.

В номинации «Литература» за серию переводов с идиша статуэтки «Скрипач на крыше» (творение израильского скульптора Мейслера) удостоился петербуржец Валерий Дымшиц, в ответном слове призвавший «читать еврейских писателей и поэтов». И словно ответом ему стала песенка «Все хорошо, прекрасная маркиза», в оригинале «Tout va très bien, madame la marquise» (перевод поэта Д’Актиля, он же Носон‑Нохим Френкель, автор текста к «Маршу конников Буденного»).

Получая приз ФЕОР в номинации «Журналистика» — за серию публикаций в «Огоньке» об Израиле (об Ариэле Шароне, о гибели подростков, захваченных арабскими террористами, о потомках евреев, изгнанных из Испании Католическими королями etc), журналист Владимир Бейдер — кстати, сын писателя Хаима Бейдера — признался: «Я уже 20 лет живу в Израиле и пишу о том, что меня интересует. То, что меня опубликовал “Огонек”, — большое чудо». Хочется добавить — ханукальное.

Под Генделя на сцену поднялся Сергей Горинский, директор российского ОРТ, филиала Всемирной образовательной системы, существующей с 1880 года. «Мы помогаем не только евреям, — сказал он, — мы помогаем всем от лица евреев…» В камне бы высечь эти слова!

Когда настал черед номинации «Театр», конферансье Смехов напомнил аудитории о золотых годах, проведенных им в стенах Театра на Таганке, сострил цитатой из Высоцкого — «Когда нас любят такие зрители, у нас рука не поднимется играть в полноги» — и только после этого объявил победителя. Им стал режиссер Театра им. В. В. Маяковского Никита Кобелев, поставивший спектакль «Бердичев» по пьесе Горенштейна. Оркестр грянул «Половецкие пляс­ки», лауреат получил приз и поблагодарил худрука театра Миндаугаса Карбаускиса за возможность поставить пьесу, «которая ждала этого часа 39 лет». Далее по сценарию Алика Смехова должна была сделать сообщение о творчестве Исаака Дунаевского и пригласить на сцену Сергея Галанина с песней «Жил отважный капитан», но тут отец напомнил дочери, как сам пел ей «Капитана…» в детстве. Вениамину Смехову сценарий не писан.

За успехи в области «важнейшего из искусств» приз получил режиссер, сценарист и продюсер короткометражного фильма «Туфельки» Константин Фам, языком метафор рассказавший об истории Катастрофы. А тем временем экватор вечера пересекала номинация «Культурное событие года». Им стала выставка «Энди Уорхол. Десять знаменитых евреев ХХ века», прошедшая в Еврейском музее и центре толерантности. Премию получила куратор Мария Насимова. Она еще стояла на сцене и благодарила председателя правления музея Боруха Горина и генерального директора Александра Бороду за поддержку и авантюризм, а коллектив музея — за дружную работу, когда на сцену вышел Марк Тишман с песней «Нью‑Йорк, Нью‑Йорк».

«Благотворительность — удел сильных, тех, чьи души откликаются на призывы к милосердию», — провозгласил Смехов, вручая «Скрипача» предпринимателю Александру Клячину.

Для заместителя мэра Москвы премия в номинации «Государственная деятельность» стала, по его словам, сюрпризом. Марат Хуснуллин признался, что мог бы разделить ее с раввином Берлом Лазаром, Александром Бородой и многочисленными представителями еврейского народа, которые «строят нашу Москву». «Я был поражен, что эти люди занимались всем вплоть до мелочей», — заявил лауреат и в подтверждение своих слов привел строки песни Розенбаума «И пообщаться с друзьями‑евреями нету времени». Но тут «заслуженный стиляга России» Евгений Хавтан вывел на сцену группу «Браво» и запел «Лучший город Земли». А чиновник вернулся в ряды зрителей, чтобы приветствовать главного лауреата церемонии — в номинации «Человек‑легенда». Им провозгласили Иона Дегена, чье жизне­описание действительно похоже на миф. В 16 лет ушел добровольцем на фронт, горел в танке, стал хирургом, писал стихи… О Дегене можно говорить бесконечно — и читать тоже (см. материал «Размахивая палочкой» Камилы Мамадназарбековой). Многие помнят его знаменитое «Ты не ранен, ты просто убит». Поэтами и рождаются ради таких строк. Почетную номинацию анонсировало интервью с Ионом Дегеном, напечатанное в декабрьском номере «Лехаима», — журнал лежал в Кремлевском дворце, и кое‑кто из публики к моменту выхода героя на сцену успел материал прочесть.

«Я благодарен ФЕОР за то, что стою на этой сцене. Не все понимают, что я сказал, но это неважно».

Как не понять: лауреат, когда‑то дважды представленный к званию Героя Советского Союза, так и не получил награды. Получил другую — сейчас.

КОММЕНТАРИИ
Поделиться

Натан Ингландер: «Этот рассказ занял у меня целую жизнь»

Я называю этот роман чем‑то вроде турбулентности романа. Политический триллер, завернутый в исторический роман, который на самом деле — любовная история, которая, в свою очередь, в итоге становится аллегорией. Ну а в основе замысла — вполне конкретный факт, известие о смерти агента «Моссада», о жизни которого стало известно лишь после того, как он умер. Меня захватила история человека, который, получается, жил лишь после того, как умер.

Commentary: Евреи на востоке и на западе Европы: где безопаснее?

Все, кроме антисемитов, понимают, что действия Израиля не могут служить оправданием для нападений на евреев, которые являются гражданами других стран, но безудержные антиизраильские настроения часто внушают антисемитам ощущение, что общество будет мириться с такими нападениями, пока их можно выдавать за «антиизраильские». И, поскольку в наше время враждебное отношение к Израилю исходит преимущественно от левых, неудивительно, что в либеральной Западной Европе оно сильнее, чем в консервативной Восточной.