В рамках программы «Год литературы: в изгнании» на фестивале «Артдокфест» был показан документальный фильм «В поисках Бабеля».

Вы слыхали, что у нас был год литературы? Он ознаменовался событиями трагическими (пожар в библиотеке ИНИОН), скандально‑пародийными («Довлатов‑фест»), и вот, наконец, «Артдокфест» отметил год литературы по‑своему и с фигой в кармане, выбрав в герои тех, кого родина вышвырнула из числа писателей и сограждан, кто «жрал хлеб изгнанья» либо был уничтожен. Среди этих писателей — Бродский, Довлатов и Бабель. Внук писателя Андрей Малаев‑Бабель ведет расследование о последних днях жизни деда, а также о судьбе его исчезнувшего за дверями Лубянки архива…

«…Я закрывал последний незалепленный глаз, чтобы не видеть мира, расстилавшегося передо мной. Мир этот был мал и ужасен… В переулке сбоку молодой мужик в жилете разбивал раму в доме Харитона Эфрусси. Он разбивал ее деревянным молотом, замахивался всем телом и, вздыхая, улыбался на все стороны доброй улыбкой опьянения, пота и душевной силы». Диктор читает за кадром эпизод погрома из рассказа Бабеля, и картинка, которую видит зритель, настолько же красива и поэтична, как красив и мелодичен язык, описывающий одну из самых жестоких в мировой литературе сцен. Бабель — из тех гениев, кто брал с земли самый сор, вертел его в руках, и, поднимаясь над человеческим, слишком человеческим, к талантливым глазам Бабеля, сор становился красотой. Они любили слово, эти писатели начала прошлого века. Они любили его, как сочный плод в жару, как любят женщину, с которой так никогда ничего и не было. Кажется, что такого вкусного слова, как у Бабеля, Олеши, Тынянова, Шкловского, Мандельштама, нет ни у кого. Их сводила с ума революция. Их слова прыгали в рукописях от счастья. Они поддерживали революцию. Пока революция не ответила им наконец взаимностью — той смертельной взаимностью, какой умеет отвечать революция.

«В поисках Бабеля» — довольно дорогой документальный проект: с американским режиссером Дэвидом Новаком, со съемками на Украине, в России и во Франции, с интервью со звездами — Евгением Евтушенко и Мариной Влади, с последним видео жены писателя Антонины Пирожковой. Она умерла в 2010‑м, прожив 101 год. Первая красавица Москвы, талантливейший инженер Тоня Пирожкова и смешной толстый человечек по фамилии Бабель. Так они выглядели вместе. Пирожкова — самая сильная и притягательная сторона фильма. «Меня спрашивают, как я это пережила? Да я не пережила этого!» — говорит в фильме Пирожкова о смерти Бабеля…

…Однажды Бабель спросил Ягоду:

— Что делать, если попадешь к вам в руки?

— Ни в чем не признаваться, что бы мы ни делали. Все отрицать. Тогда мы бессильны.

Оказывается, убийцы были законниками! Оказывается, было что‑то, что разрушало лубянские чары.

Но «несчастье шлялось под окнами, как нищий на заре», и 15 мая 1939 года Бабель был арестован, он не воспользовался советом Ягоды и поставил подпись под клеветой на себя.

Пытаясь понять, как прожил дед последние дни и куда делись его тексты, внук разбирает в архивах ФСБ его дело, чтобы убедиться, что все запутано и неясно. Внук пытается пройти на территорию последней дачи Бабеля в Переделкине. И тоже не получается. Высокозаборная дача принадлежит каким‑то богачам, те натравливают на съемочную группу охранников, грубых страшных дядек, которые никогда бы не стали героями рассказов Бабеля, никогда.

Расследование заканчивается ничем.

Поискав Бабеля, внук находит только братскую могилу, где захоронены сотни жертв Лубянки, но признается, что никак не может считать эту условную могилу дедовой…