Алексей Мокроусов 3 апреля 2016
Поделиться

[parts style=”clear:both;text-align:center” captions=”true” type=”seealso”]
[phead]Илларион Голицын. В. А. Фаворский гравирует «Маленькие трагедии» Пушкина. Ксилография. 1961. ГТГ[/phead]
[part]

Материалы и техники гравюры. Ксилография

Москва, Государственная Третьяковская галерея

до 15 мая

Несмотря на «техническое» название и тот факт, что событие проходит в рамках программы «Третьяковская галерея открывает свои запасники», это полноценная художественная выставка, краткая история мировой ксилографии и линогравюры. От лубка и русской и немецкой книги XVI–XVII веков до торцовой ксилографии XIX века (Г. Доре), русской станковой гравюры ХХ столетия (А. Остроумова‑Лебедева, Н. Пискарев, В. Соколов) и далее до наших дней — такова ее хронология. Выставлены, в частности, листы из коллекции художника Михаила Ларионова, увлекавшегося, как истинный дягилевец, не только историей театра и балета, но и сторонними сюжетами, в его случае — восточным искусством.

В Лаврушинском много ларионовских современников. Так, в отделе экслибрисов, собравшем работы конца XIX — начала ХХ века, показывают произведения Сергея Юдовина, включая автоэкслибрис 1922 года. Есть среди 500 экспонатов экслибрис А. Титова, выполненный иллюстратором Евгением Осиповичем Бургункером (1906–1966). Он учился во ВХУТЕИНе у Фаворского, Кравченко и Купреянова, работал в том числе для издательства Academia, среди оформленных им книг — «Счастье» Гельвеция и «Двенадцать месяцев» Маршака.

Представлен и сам Фаворский, в том числе его «Групповой портрет с моделью», где художник изобразил себя, Константина Истомина и Николая Розенфельда. Брат Льва Каменева, Розенфельд, как и его бывшая жена и сын, был арестован в 1935‑м по идиотскому обвинению, погиб в тюрьме.

В последнем зале выставки — портрет Бориса Пастернака работы Юрия Космынина, напечатанный на номере «Литературной газеты» от 25 октября 1958 года. В этом выпуске помещен отзыв на «Доктора Живаго» «пяти членов редколлегии “Нового мира” (в котором они обосновали отказ от издания романа в 1956 году), где был четко описан криминальный смысл романа — мучения и гибель русской интеллигенции (символом которой сделан Живаго) вследствие Октябрьской революции» (квинтэссенцию статьи сформулировал Михаил Золотоносов).

Мало кто из литераторов, травивших Пастернака, был так искренен, как Сергей Михалков, заявивший 30 октября 1958‑го на собрании в Ленинграде: «Самое плохое в том, что Пастернак был членом Союза писателей. Изменил Родине ПИСАТЕЛЬ. Этого нельзя сбрасывать с политических счетов… когда ПИСАТЕЛЬ изменяет Родине, это страшнее, чем если изменяет инженер, перебежавший на ту сторону с какого‑то теплохода». Михалковская иерархия, увы, неполна — а ведь интересно, что страшнее измены писателя.

[/part]
[phead]«Форд», на котором Илья Ильф и Евгений Петров путешествовали по Америке. Фотография И. Ильфа. 1935[/phead]
[part]

Одноэтажная Америка. Основано на реальных событиях

Москва, ММОМА

до 9 мая

«Итак, мы были в центре Соединенных Штатов, в центре прерий, в городе Канзасе, расположенном на реке Миссури. Что может быть более американским, чем такое место? Тем не менее хозяин ресторанчика, куда мы вбежали на минуту, чтобы согреться чашкой кофе, оказался бессарабским евреем из города Бендеры. Микроскопическая масонская звездочка сверкала в петлице его пиджака. Бендеры, Миссури, Бессарабия, масонство — тут было от чего закружиться голове!»

Цитатой из «Одноэтажной Америки» Ильи Ильфа и Евгения Петрова стоит предуведомить рассказ о выставке «Одноэтажная Америка. Основано на реальных событиях», открытой в здании Московского музея современного искусства (ММОМА). Она посвящена этой книге и подготовлена совместно с Музеем Михаила Булгакова.

На Тверском бульваре представлены материалы из семейного архива Ильфа: письма из путешествия, сделанные на земле и на море фотографии, документы, связанные с поездкой Ильфа и Петрова по США в 1935–1936 годах , — по следам четырехмесячного вояжа и вышла книга. Некоторые открытки краткостью напоминают нынешние СМС: «Сегодня в Шербуре, завтра в Париже»; телеграфный стиль роднит эстетику коммуникации XX и XXI века.

Как отмечают организаторы, «задача выставки — попытаться реконструировать взгляд на Америку середины 1930‑х, периода неожиданного и непродолжительного сближения двух стран (поворот «влево» в США и «вправо» в СССР), — взгляд писателей из Советского Союза, командированных за границу и снабженных не только портативным фотоаппаратом, но и «оптикой» собственных представлений и идеологических установок». Интересуют устроителей и проблемы умолчания, порожденного авторскими, редакторскими и цензурными правками.

[/part]
[phead]Михаил Смодор. Буер на озере. 1930‑е. Предоставлено Костромской областной общественной краеведческой организацией «Костромская старина»[/phead]
[part]

Уездный город Галич в фотографиях Михаила Смодора

Москва, Мультимедиа Арт Музей

до 11 апреля

Жизнь провинциального фотографа редко заканчивается торжественными похоронами — обычно он сам снимает, а здесь и сфотографировать было некому. О последних днях Михаила Смодора (1882–1942) известно мало, он умер отлученным от профессии. О том, как много успел трудоголик, работавший порой по 20 часов в сутки, и рассказывает ретроспектива «Уездный город Галич (1900–1930‑е годы) в фотографиях Михаила Смодора».

Михаил Маркович Смодор (Самодур‑Смодор Моисей Мордухов) родился в Любавичах Оршанского уезда Могилевской губернии. Семь лет учился у фотографа Якова Тираспольского в Варшаве, поработал в Москве, пока в 1906 году не поехал в Галич Костромской губернии. Конкурентов не обнаружилось, и год спустя Смодор переселился сюда навсегда, открыв ателье «Универсальная фотография». Был популярен как портретист, много снимал семью будущего классика детской литературы Якова Акима (1923–2013); сдружившись с книготорговцем и краеведом К. В. Палиловым, Смодор, сам библиофил, снимал по его просьбе архитектуру Галича и пейзажи.

НЭП стал последним звездным часом Смодора. Он работал для открывшегося в Галиче отделения музея Костромского научного общества по изучению края, фотографировал рыбацкие семьи и артели. Но в 1935‑м был арестован по ложному доносу. Два года на канале Москва–Волга, пусть частично и проведенные на одном из фотопостов, организованных по всей трассе канала, оказались не просто выброшенными из жизни. Освободился он больным стариком, фотоателье его лишили, он умер вскоре после того, как отправил на войну старшего сына (тот, как и младший сын, погиб на фронте).

Смодора показывают в рамках XI международного месяца фотографии в Москве «Фотобиеннале‑2016». Среди других интересных проектов на Остоженке — четвертая выставка Аркадия Шайхета, посвященная его творчеству 1945–1959 годов. Появился у биеннале и новый партнер — усадьба Муравьевых‑Апостолов на Старой Басманной, там показывают отснятый в ста странах «Генезис» Себастио Сальгадо.

[/part]
[phead]Серебряная монета с изображением Иерусалимского храма. 132 год н. э. Музей Израиля[/phead]
[part]

Монеты и власть в античном Израиле

Вена, Музей истории искусств

до 1 мая

Выставка создана на основе собрания Музея Израиля в Иерусалиме и охватывает период с IV века до н. э. до II века н. э. Монеты — многие из них впервые показывают за границей — рассказывают об эпохе от персидского господства и правления Хасмонеев до двух еврейских войн против господства Рима, закончившихся разрушением Иерусалима в 135 году.

Выставка подготовлена Музеем Израиля вместе с институтами Венского университета — нумизматики и истории денег, а также географии и региональной истории. Каталог на немецком и английском языках с видеоприложениями выложен в интернете. Он особенно полезен при изучении тех экспонатов, что не превышают в диаметре пяти миллиметров.

[/part][/parts]

КОММЕНТАРИИ
Поделиться

Пятый пункт: МУС, коллаборанты, Раиси, Al Jazeera, Розенберги

Чем угрожает Израилю Международный уголовный суд? Как Испания, Норвегия и Ирландия поддержали террор? И какими преступлениям запомнится погибший президент Ирана? Глава департамента общественных связей ФЕОР и главный редактор журнала «Лехаим» Борух Горин представляет обзор событий недели.

Наследники позора

Функция МУС, Международного суда ООН и прочих подобных учреждений не в том, чтобы выяснять правду и добиваться правосудия, а в том, чтобы создавать иллюзию контроля над политикой и судьбой Израиля, в которую сам Израиль поверил бы. Это совершенная фикция, построенная на лжи. Это подлинное наследие колониализма, не способного отказаться от своих претензий на гегемонию на Ближнем Востоке. И это наследие европейского антисемитизма, не способного отказаться от идеи властвовать над евреями.

Commentary: Евреи — наперекор истории

Коммунизм — беспримерно страшная глава еврейской истории. С первых дней и на протяжении семидесяти с лишним лет своего существования Советский Союз неустанно вел безжалостную борьбу с еврейской душой. Коммунизм отрезал три поколения советских евреев от их религиозной жизни и наследия, рассчитывая тем самым лишить их еврейства. Вот чем примечательны сталинские расстрельные полигоны. Они словно объявляют: евреи — как все.