16 декабря 2015
Поделиться

Нехама Давидовна Азрильян и Янкель Ицикович Азрильян

Нехама Давидовна Азрильян и Янкель Ицикович Азрильян

ЧИТАЛИ?
ЭММАНУИЛ ШУСТЕР. «КУРИНЫЙ ДОЖДЬ» НА ВСЮ ЖИЗНЬ. 2015.10

Уважаемая редакция! В публикации «Куриный дождь» на всю жизнь» я прочитала о гибели Насти, которая много лет проживала в семье Кратман и у которой были серьги, подаренные Туней. Меня очень заинтересовали эти сведения, потому что Туня (Эсфирь) Кратман была двоюродной сестрой моего покойного мужа [footnote text=’Грановский Бернард Борисович (1922–2003). Родился в местечке Шпола (Украина). Известный текстолог, фольклорист, музыковед, педагог. Учился одновременно на филфаке МГУ и на оркестровом отделении консерватории по классу скрипки. Окончил аспирантуру Института истории искусств АН СССР и защитил кандидатскую диссертацию по теме «В. Ф. Одоевский — музыкальный критик». Работал старшим научным сотрудником в Государственном музее музыкальной культуры им. Глинки, старшим научным сотрудником Редакции театра, музыки и кино Большой советской энциклопедии.
В 1948–1970 годах вел классы скрипки, музыкальной литературы и сольфеджио в музыкальных школах Москвы. Занимался разработкой методик обучения детей музыке.
В 1980–1990‑х читал публичные лекции по истории еврейской музыки.
Архив Б. Б. Грановского находится в НПЦ «Холокост». ‘]Грановского Б. Б.[/footnote], и в семье Кратман в Виннице долго проживала домработница Настя. У меня есть открытка от Насти, которую она прислала матери моего мужа уже после изгнания немцев из Винницы, о гибели ее родителей. Хотелось бы разобраться в ситуации. Факты не совпадают. Прилагаю открытку от Насти и фотографии убитых Янкеля и Нехамы Азрильян.

Нина Зевина, Москва

Сообщение из Винницы от няни семьи Кратман Насти Савченко Рахили Грановской, матери Б. Б. Грановского, о гибели ее родителей.

Сообщение из Винницы от няни семьи Кратман Насти Савченко Рахили Грановской, матери Б. Б. Грановского, о гибели ее родителей.

КОММЕНТАРИИ
Поделиться

Заключительный аккорд

Консолидация советского общества перед образом врага, превращение народа не просто в свидетеля, но фактически в участника преступления — Сталин действовал методами, испробованными им во всех крупных делах. Как писал Давид Самойлов, «мы жили тогда манией преследования и величия». Исключением не стало и «Дело врачей» — карательно-пропагандистский процесс, сфабрикованный на излете сталинского режима.

Уход

Толстому заметили, что Шестов еврей. «Ну — едва ли, — недоверчиво сказал Лев Николаевич. — Нет, он не похож на еврея; неверующих евреев не бывает, назовите хоть одного... нет!» Спустя десять лет Шестов сам явился к Толстому и заслужил запись в дневнике писателя: «Приехал Шестов. Малоинтересен — “литератор” и никак не философ».

Пятый пункт: МУС, коллаборанты, Раиси, Al Jazeera, Розенберги

Чем угрожает Израилю Международный уголовный суд? Как Испания, Норвегия и Ирландия поддержали террор? И какими преступлениям запомнится погибший президент Ирана? Глава департамента общественных связей ФЕОР и главный редактор журнала «Лехаим» Борух Горин представляет обзор событий недели.