Герман Гессе и евреи

Алексей Мокроусов 5 августа 2016
Поделиться

Святой для хиппи? Герман Гессе и США

Монтаньола, Музей Гессе

до 4.09

lech292ima_Страница_37_Изображение_0003

Герман Гессе был настолько популярен в 1960–1970‑х годах, что впору говорить о культе писателя — что, конечно, интеллектуалу может показаться определением не только лестным, но и опасным. Однако Гессе повезло, его любили в первую очередь аутсайдеры и альтернативщики. В США он стал иконой «поколения бит», одним из адептов которого был поэт Аллен Гинзберг — ему на этой небольшой выставке уделено много внимания. Продвижением своих книг на американской рынок Гессе обязан и другим евреям из богемной среды. Так, уехавший из Европы в эмиграцию художник Эмиль Уайт (Визельман; 1901–1989) настойчиво рекомендовал своему другу прочитать восхитившую его «Сиддхартху». Друга звали Артур Миллер, и он, прочитав роман, взял в оборот своего издателя. В итоге за шесть лет «New Directions Publishing» трижды допечатывало тираж, и это еще в начале 1950‑х. Позднее «Сиддхартху» экранизировали — за камерой стоял великий швед Свен Нюквист, постоянный оператор Ингмара Бергмана, работавший также на «Жертвоприношении» Тарковского. В Монтаньоле показывают фотографии со съемок фильма, сделанные невесткой писателя Изой Рабинович‑Гессе. Сохранилась ее переписка со свекром. Тот был с ней откровенен. Так, в 1941 году, обсуждая выбор имени для внука, Гессе писал:

«Я не хочу вмешиваться, но все‑таки хочу напомнить, что ветхозаветные имена, как Давид и т. п., могут сегодня осложнить <…> жизнь ребенку. Антисемитская волна <…> отнюдь не схлынула, она еще будет все больше подниматься в Швейцарии.

Есть, правда, забавным образом, и противоположные случаи, когда имя с еврейским звучанием приносило пользу нееврею. Я знал по крайней мере одного эмигранта, у которого не было ни капли еврейской крови, но его звали Давид, и он долгое время получал поддержку от одной еврейской кассы взаимопомощи».

Дороти Бом. Лондон 1960‑х

Лондон, Еврейский музей

до 29.08

Дороти Бом (Доротея Израэлит), которой исполнилось 92 года, считается сегодня классиком фотографии. Уроженка Кенигсберга, она приехала в Лондон с семьей из Шяуляя в 14 лет и начала профессионально заниматься фотографией в середине 1940‑х. Позже много путешествовала, но лондонцы отобрали для выставки снимки, сделанные в их городе.

КОММЕНТАРИИ
Поделиться

JTA: «Яд ва‑Шем»: вините нас, а не Россию в «неудачных» видео на израильском форуме памяти Холокоста

Cобытия 23 января подверглись тщательному разбору со стороны ряда известных критиков, и они утверждают, что престижный институт якобы продвигал пророссийскую ревизионистскую пропаганду. После выдвинутых критиками обвинений «Яд ва‑Шем» извинился за неточные карты, но не предоставил информации о том, как они создавались, и не ответил на претензии в политизации. Наконец 9 февраля музей более полно отреагировал на обвинения, в частности категорически их отверг.

Если бы Анна была жива

Неожиданным сценарным ходом стало приглашение в картину пяти героинь, примерных ровесниц Анны Франк, имевших счастье выжить, познать радости семейной жизни, родить детей и таким образом победить. «Мои дети — это мой реванш над нацистами. А мои внуки и правнуки — моя последняя насмешка: ну что, съели?» — говорит, удовлетворенно посмеиваясь, Сара Лихтштейн–Монтар, депортированная вместе с родителями через Дранси в Освенцим и после войны вернувшаяся во Францию.