Мне безразлично, какую ношу еврей взваливает на себя, но какую‑нибудь — обязательно. Мы должны поражать наших соседей своей душевной чистотой. Было бы прекрасно, если бы мы не гнались за богатством. Большей радости все эти наши Ротшильды нам бы не доставили. Было бы куда лучше, если бы мы довольствовались малым и у нас нечего было отобрать

В феврале 1921 года был создан Союз прихожан синагог и молитвенных домов Минска, насчитывавший на момент основания 155 членов, преимущественно еврейских религиозных деятелей. Помимо поддержки городских синагог и микв, распределения мацы на Песах и «удовлетворения потребностей соблюдающих законы кашрута» (пункт 2 устава), Союз прихожан также взял на себя заботу о религиозных учебных заведениях

Великий мудрец и учитель рав Залман‑Нехемья Гольдберг, также известный в мире Торы как а‑Гарзен, оставил огромное научное, талмудическое и эпистолярное наследие, работа над изданием которого еще ведется. Из 100 сегодняшних даянов более 70 называют себя учениками рава Гольдберга. Тысячи гордятся тем, что сдавали ему экзамены на смиху — право называться раввинами

Йосеф был религиозен. Помню, дома я часто заставал его в талесе и филактериях поверх гойского мундира. Такое поведение я считал героическим. Как кантонист, Йосеф старался хранить верность еврейским традициям. Он снимал и целовал филактерии, высвобождал из‑под талеса униформу, но все равно продолжал держать ее в узде иудаизма

Лет сорок назад в Ленинграде жил человек… Пожалуй, правильно сказать так: в Ленинграде жили два разных человека. Был Залман Израилевич Зайчик, заслуженный инженер‑радиотехник, ветеран Великой Отечественной войны. И был раввин Шнеур‑Залман а‑Коэн Зайчик, один из столпов еврейской общины города. Вспоминает ли кто‑то о Зайчике‑инженере? Может быть, его сослуживцы, уже очень пожилые люди. А Зайчик‑раввин — фигура отчасти легендарная...

В 1942 году, в результате оккупации вермахтом Крыма и западных областей Северного Кавказа, под властью немцев оказалась территория со значительным горско‑еврейским населением, часть которого пала жертвой Холокоста. Полностью погибли горско‑еврейские общины трех поселений — колхоза имени Шаумяна в Крыму, Богдановки и Менжинской в Орджоникидзевском (ныне Ставропольском) крае. Во всех этих местах горские евреи проживали сравнительно недолго, 5–15 лет перед войной

О том, что Реувен Зайчик, один из самых уважаемых и сведущих в алахических вопросах членов Московской еврейской религиозной общины, имеет диплом раввина (смиху), знали только его близкие. Гонения советской власти на «клерикалов», верующих и служителей культа, заставили скрывать раввинское звание не только рава Зайчика...

Я прочитал всю еврейскую литературу. Всех писателей, все книги от корки до корки. Но что в ней есть, кроме языка? Хасидские рассказы Переца — это анекдоты с моралью. Как подглядывать снаружи в замочную скважину и восторгаться. Я хочу идти изнутри. Хочу обновить всю еврейскую мысль. Поймите, прежде всего нам надо отменить гойские формы. Наше творчество должно объединить все: поэзию, прозу, философию, драму, психологию, астрономию, эпиграмму — все. На что нам мелкие ящички?

У нее новый конек: еврейская жена должна себя ограничивать. Встала под свадебный балдахин, заключила брачный договор — будь еврейской женой. Что девушке любо, то и нам по душе, но не забывай, что еврейский дом стоит на прочном фундаменте: один Б‑г и один муж. И это она, с ее‑то колоссальным любовным опытом

Большинство евреев, особенно сефардского происхождения, принимали новоприбывших по‑братски. Поколение, которое перенесло тяготы изгнания, склонно было считать, что еврейского происхождения достаточно для преодоления проблем, связанных с вероотступничеством, и что даже искренне верующие новые христиане — настоящие «братья» иудеев

Выдающийся знаток Талмуда и проповедник, рав Авром а‑Коэн Зайчик — один из тех раввинов, которые не позволяли угаснуть еврейской религиозной жизни в России. Он родился в 1872 году в Новогрудке в семье великого мудреца Торы, раввина Бецалеля а‑Коэна Зайчика. Последние годы жизни рава Аврома а‑Коэна Зайчика пришлись на период Большого террора и жестоких репрессий. За несколько предвоенных лет он уничтожил очень много своих трудов...

Мы проповедовали сионизм во всех синагогах, но наибольшего успеха достигали в синагогах портных и сапожников. Простые ремесленники сразу схватывали суть дела, понимали, что мы не стремимся приблизить освобождение, но хотим вытащить народ из болота. Лучше поздно, чем никогда. Ремесленники давали нам силу и веру. Сначала сдались портные и сапожники, а потом пали крепости зажиточных хозяев