В отличие от христианства и ислама, классический иудаизм, как правило, не считается миссионерской религией. Иудеи готовы принять в свои ряды отдельных неевреев, желающих присоединиться к еврейскому народу и жить по законам Торы, но активным прозелитизмом они занимаются крайне редко. Но было ли так всегда?

Изображение черепа и костей, связываемое массовой культурой с пиратским флагом «Веселый Роджер», обращает на себя внимание любого посетителя кладбища Хантс-Бэй на Ямайке. Велик соблазн связать частое изображение черепа и костей с тем фактом, что в конце XVII века Порт-Рояль был центром пиратства. Однако череп и кости встречаются на еврейских надгробиях и в других местах. Это не только кладбища Карибского региона (Кюрасао, Суринам), но и Западная Европа (Амстердам, Альтона и др.).

Без его произведений мы знали бы крайне мало о той формативной эпохе в еврейской истории, которая обычно именуется периодом Второго храма, в особенности об ее второй части — греко-римской. Поэтому неудивительно, что при написании обзоров еврейской истории в этот период ученые неизбежно предлагают читателям перефразировку Флавия с добавлением ссылок на научную литературу.

65 лет назад был казнен Рудольф Сланский, генсек ЦК Компартии Чехословакии. Кампания по разоблачению связей еврея Сланского с «международным сионизмом» разворачивалась под наблюдением московских уполномоченных МГБ. Таков был первый ответ Кремля на попытку поставить под вопрос стабильность в сфере его господства. «Дело врачей» могло означать следующую стадию ужесточения государственного террора.

На фоне в целом сурового законодательства по отношению к евреям в николаевское время идея открытия в Санкт-Петербурге гостиницы для евреев выглядела несколько необычно. Но самым неожиданным было то, что этот проект был рожден непосредственно в недрах знаменитого Третьего отделения – оплота николаевского самодержавия, учреждения, сотрудников которого, по определению, трудно было заподозрить в особых симпатиях к еврейству.

В Cредние века евреев преследовали по всей Европе, а в Северной Африке пришельцев грабили и унижали местные племена. Но в эти тяжелейшие для народа годы у него неожиданно нашлось пристанище в Османской империи. Султаны без каких-либо ограничений допускали в свои владения изгнанных из европейских стран евреев, которых христиане уничтожали даже при попытках к бегству, а к местным евреям в османском государстве относились гораздо терпимее, чем в Византии.

Имя Мордехая Дубина связано с именем шестого Любавичского Ребе – Йосефа-Ицхока Шнеерсона. Когда говорят о Ребе, непременно вспомнят и Дубина. Дубин – дважды его спаситель: в 1927 году он добился разрешения на выезд Ребе из СССР, в 1939-м – способствовал вызволению его из оккупированной немцами Варшавы.

В июне 1927 года шестой Любавичский Ребе Йосеф­-Ицхак Шнеерсон был арестован и после недолгого следствия приговорен к расстрелу. В аресте Ребе и тюремном следствии участвовали два еврея ­гэпэушника: Лулов и Нах­мансон. Гражданская война отнюдь не завершилась окончанием боевых действий, продолжалась и в 1927-м и, помимо всего прочего, была внутренней гражданской войной российского еврейства.

«В пуримшпилях воплощены два уровня праздника Пурим: священная книга Свиток Эстер и популярная культура, обычаи которой Пурим взял взаймы у карнавала. Примшпиль содержит символы с общим интеллектуальным и эмоциональным значением для всего общества. Здесь ярко выражены солидарность еврейского общества перед лицом несчастий и его триумф над внешним врагом.»

Семьдесят два года назад, 27 января 1945 года, советскими войсками был освобожден от нацистов концлагерь Освенцим – Аушвиц по-немецки. Среди освобождавших лагерь смерти был и Василий Петренко, командовавший тогда стрелковой дивизией. В 2001 году «Лехаим» встретился с Героем Советского Союза, генерал-лейтенантом, известным военным историком Василием Яковлевичем Петренко. Освобождение Освенцима он считал главным событием в своей фронтовой биографии.

Рассматривая Страсти Христовы как величайшее жертвоприношение, христиане никогда не представляли дело так, будто евреи приносят Христа в жертву, — они просто убивают его. Представить это иначе означало бы приписать человеку невозможную для него власть, ибо лишь Б‑г может принести в жертву Б‑га. Таким образом Христос сам играет двойственную роль священника и жертвы: он и агнец, отправляемый на заклание, и первосвященник, приносящий этого агнца, и Б‑г, принимающий жертву.

Если события, подобные пасхальному погрому 1389 года, были обычным делом, то «Страсти евреев Праги» — источник исключительный: это едкая пародия, поражающая сразу многие цели — некоторые, возможно, непреднамеренно.