Усвоить со всей серьезностью стержневое понятие иудаизма «Авину Малкейну» — идею того, что наш Царь прежде всего и главным образом наш родитель, — значит наполнить глубочайшими чувствами наши отношения с Б‑гом. Б‑г борется с нами, как родитель со своим ребенком. Мы боремся с Ним, как ребенок с родителями. Иногда отношения становятся напряженными, конфликтными, даже мучительными, но им придает глубину сознание того, что это неразрывные узы.

Обращенность в будущее — ключевая черта иудаизма . В нашем мире значительную часть гнева, ненависти и обид сеют те, кто одержим прошлым и, словно Лотова жена, не может идти по жизни дальше. Такие истории никогда не кончаются хорошо — они лишь множат слезы и трагедии. Авраам в главе «Хаей Сара» поступил иначе. Сначала построй будущее — только после этого можно будет оплакивать прошлое

Тора преподает нам основополагающую истину, противоречащую интуитивным представлениям. Прежде чем можно будет привязаться друг к другу, нужно отделиться и зажить своим домом. Чтобы мы стали хорошими детьми для своих родителей, у нас должен быть простор стать собой; а чтобы быть хорошими родителями, мы должны дать своим детям простор — чтобы они, в свою очередь, стали собой.

Именно Перах вдохновил Авраама двинуться еще дальше в духовном и физическом смысле. Авраам продолжил путь, начатый отцом, и тем самым помог собственным сыну и внуку — Ицхаку и Яакову соответственно — наметить, каким путем будут служить Б‑гу они: Б‑г у них был один и тот же, но ко встрече с Ним каждый пришел своим путем

Вера — это мужество идти на риск ради Б‑га или ради еврейского народа. Требовалась вера, чтобы бросать вызов религиям Древнего мира, воплощенным в величайших империях той эпохи. Требовалась вера, чтобы оставаться евреем в эллинистическую эпоху, когда евреи и иудаизм казались чем‑то малозначительным и ограниченным местными интересами, когда их сопоставляли с космополитичной культурой Древней Греции и империи Александра Великого.

Иудаизм — религия слуха, а не зрения. Не подумайте, что в иудаизме нет визуальных элементов. Они есть, но первостепенной роли не играют. Слушать — священная задача. Самое известное повеление в иудаизме — «Шма Исраэль», «Слушай, Израиль». Авраам, Моше и пророки тем и отличались от своих современников, что слышали голос, не слышный другим. Еврейская духовная жизнь — это искусство слушать.

Какие лидеры заслуживают восхищения? Те, кто защищает народ. Какие люди заслуживают уважения? Те, кто проявляет уважение к другим. Того, кто ненавидит других, возненавидят, на того, кто смотрит на других свысока, тоже взглянут свысока, того, кто осуждает других, осудят. Таков один из основных принципов иудаизма: мида кенегед мида. Велик тот человек, кто помогает другим стать великими. Моше научил еврейский народ, как стать великим.

Зло берет верх на короткое время, но в долгосрочной перспективе победа никогда не остается за ним. Нечестивые подобны траве, праведные же похожи на деревья. Трава вырастает за одну ночь, но дереву нужны годы и годы, чтобы достичь полной высоты. В конечном счете тирании терпят поражение. Империи приходят в упадок и гибнут. В финальной битве побеждают добродетель и справедливость. Как сказал, выразившись в духе Теилим, Мартин Лютер Кинг: «Дуга моральной вселенной длинна, но склоняется к справедливости».

Мы, каждое поколение, должны взять Тору и обновить ее. Мы должны написать свой свиток. Суть Торы не в ее древности, а в ее новизне; она рассказывает не только о прошлом, но и о будущем. Это не просто какой‑то старинный документ, реликт какой‑то более ранней стадии развития общества. Тора говорит с нами здесь и сейчас — но только при условии, что мы прилагаем усилия, чтобы написать ее снова.

Быть евреем — значит не плыть по течению, не делать бездумно что‑либо только потому, что это делают другие. Еврейство подкидывает нам 613 упражнений на силу воли, формирующих наш выбор. В результате мы становимся соавторами своей жизни — соавторами вместе с Б‑гом. «Мы должны быть свободными, — говорит Исаак Башевис Зингер, — ведь другого выбора у нас нет!»

Иудаизм — не из тех религий, которые учат безропотно принимать мир таким, каков он есть, а евреи не склонны искать жизни в тихой гавани без рисков. Мы в силах пережить неудачи и поражения, если никогда не теряем способность радоваться. Народ, который познал на своем опыте, каково это — находиться в небезопасном положении, и который все же способен радоваться, — такой народ не победить, его дух невозможно сломить, а его надежду — растоптать.

В иудаизме принцип личной ответственности — основополагающий, так было и в других культурах Древнего Ближнего Востока. Но здесь на кон поставлено другое: углубленное понимание истинных масштабов ответственности, которую мы несем, если серьезно относимся к своим социальным ролям родителей, соседей, горожан, граждан и детей Завета. В юридическом смысле только сам преступник несет ответственность за свое преступление. Но, дает понять Тора, мы также сторожа брату своему. Мы сообща несем коллективную ответственность за духовно‑нравственное здоровье общества. «Все евреи, — сказали мудрецы, — отвечают друг за друга».