Университет: Конспект,

Новые евреи, новая архитектура

Маргарита Каганова 5 ноября 2015
Поделиться

На лекции «Свет рассеяния: традиция и авангард в архитектуре немецких синагог», организованной в Москве проектом «Эшколот» совместно с Гёте‑институтом, архитектор Мануэль Герц рассказал об эстетике и политике новых синагог Германии.

Фасад синагоги в Майнце. Архитектор Мануэль Герц

Фасад синагоги в Майнце. Архитектор Мануэль Герц

Рамки и границы

Доктор Мануэль Герц — немецкий архитектор, который построил новую синагогу в Майнце. На первый взгляд это абсолютно современное авангардное здание, которое могло бы оказаться синагогой, или пресс‑центром, или банком, или клиникой. Вытянутая, будто сложенная из кубиков, с ответвлениями и башней — больше всего это похоже на кубическую улитку в движении. Треугольные окна, стены наклонены в разные стороны, и вся поверхность покрыта чем‑то ребристым и блестящим. С высоты птичьего полета на фотографиях смотрится как фантастическое существо.

Но название лекции ставит традицию и авангард рядом не просто так. Всё в структуре этой синагоги соответствует еврейской традиции. Мануэль Герц, еврей по происхождению, обучавшийся архитектуре в университетах Европы и США, перед выполнением заказа погрузился в изучение темы пространства в иудаизме.

Прежде всего, речь пошла о законах эрува, предписывающих в праздники и в шабат символически огораживать определенное пространство, приравниваемое к домашнему, пространство, в котором в сакральное время, налагающее различные ограничения, можно переносить вещи, как в помещении. Так поступают религиозные евреи и в современных городах — Лондоне, Нью‑Йорке, символически ограждая целые еврейские районы.

С другой стороны, Герц обратил внимание на композицию страниц Талмуда: прямоугольник текста, окруженный прямоугольниками комментариев. Каждая страница Талмуда повторяет устройство окруженного стеной Храма.

Это подсказало ему архитектурное решение новой синагоги. Его синагога не имеет округлостей, она геометрически строга и в то же время демократична для приближающегося к ней или просто проходящего мимо по улице человека. Она расположена вдоль небольшой площади и чуть огибает ее. Весь этот общинный центр имитирует домашнее пространство: здание не возвышается, а как будто улеглось на площади, прохожий может подойти и потрогать необычную ребристую поверхность стен. Здесь нет высокого крыльца и парадного входа. Стены наклонены под разными углами, все здание покрыто керамической плиткой, тоже под разными углами, и все эти углы, наклоны и отражения создают эффект переменного освещения: свет как будто играет на стенах, и в разное время суток сооружение меняет цвет, становясь то серебристым, то синеватым, то коричневатым. Издалека непонятно, из чего сделаны стены — то ли металл, то ли деревянная черепица. А это специальная керамика. Керамику подбирали и укладывали очень долго, Герц не отступал от своего проекта, в ребристости поверхности был его принципиальный замысел. Внутри отделка стен и потолков задумывалась еще сложнее: стены испещрены рельефными буквами еврейского алфавита — кропотливая работа художника‑скульптора, прекрасно выполнившего замысел проекта.

Старое и новое

Перед новым зданием стоит старая арка с колоннами — это музейная часть, остатки старинной синагоги.

Герц сделал экскурс в историю евреев Майнца, довольно давнюю. Евреи селились там чуть ли не с римских времен, а XI век считается временем расцвета общины, когда в майнцской ешиве преподавал знаменитый рабби Гершом бен Йеуда, Светоч рассеяния, и его ученики. Несколько раз еврейские погромы, начиная с погрома Первого крестового похода, почти полностью уничтожали общину, кто‑то спасался крещением, многие бежали в соседние города; другими ударами по общине были эпидемия чумы и изгнания. Но в Новое время евреи вернулись в Майнц, в XIX веке строились новые молельные дома, появился реформированный иудаизм со своей скромной синагогой. В ответ реформистам ортодоксальная община перестроила главную синагогу города в торжественном мавританском стиле. Портик этой синагоги — единственное, что напоминает сейчас о прошлом еврейского квартала Майнца. В ноябре 1938 года в Хрустальную ночь синагоги были сожжены. За полгода половина еврейской общины покинула Майнц, а те, кто не смог эмигрировать, были депортированы в лагеря.

После войны в Майнц вернулось совсем немного евреев. Сейчас уже нет мощной религиозной общины, есть только немногочисленные потомки тех немецких евреев и советские эмигранты, они как раз составляют большинство, — и все‑таки остались люди, интересующиеся традициями. И вот задачей архитектора становится сооружение такого еврейского центра, который служил бы синагогой и при этом не повторял очертаний былых синагог и не напоминал о трагических событиях прошлого века. Вместе с общиной в XXI веке поменялась и сама идея синагоги, в результате тендер на строительство синагоги в Майнце выиграл оригинальный проект Герца.

Герц как современный архитектор является противником восстановления синагог по старым чертежам. Многие архитекторы Европы, особенно Германии, считают, что современные здания синагог не должны напоминать те, что были уничтожены во время Холокоста, а наоборот, еврейская архитектура должна обрести новую жизнь и новые формы. В конце концов, синагога строится для людей, для современной общины, и главная ее цель — объединить и привлечь как можно больше посетителей в общинный центр — на религиозные службы, на культурно‑образовательные мероприятия, детские кружки, праздники и так далее. И ортодоксальных евреев, и реформистов. В общем, внутри должно быть современно и уютно.

Поэтому архитектор не стал следовать формам исчезнувшей синагоги Майнца — с ее колоннами, лестницей, крышей с широким куполом, а сделал все наоборот, но мемориалом произошедшей здесь когда‑то трагедии остается стоящий отдельно во дворе кусок старого фасада, который сохранили и восстановили, насколько это было возможно. Вечером он подсвечивается, чтобы и в темноте можно было прочитать уцелевшие каменные буквы.

Новая еврейская архитектура Германии

Интересно сравнить происходящее с другими городами Германии, и архитектор продемонстрировал фотографии непохожих друг на друга синагог. Германское правительство поддерживает и строительство новых еврейских центров, и восстановление исторических зданий. Например, отстроенная заново вскоре после войны синагога Кёльна, от которой после бомбежек остался только фундамент, в точности воспроизводит средневековую — она похожа на готический собор, с острыми башенками и «розой» на фасаде.

Новая синагога Мюнхена самая, пожалуй, парадоксальная из всех: огромный стеклянный куб, окруженный толстой каменной стеной. Со стороны похоже на секретный охраняемый объект. Парадоксально то, что это ультрасовременное здание, этот фантастический куб по замыслу ближе к древнему Храму, чем средневековые, более привычные нашему взгляду молельные дома.

Берлин принял оба варианта возрождения еврейской истории: там реконструирована построенная при Бисмарке синагога в восточно‑мавританском стиле, и яркий контраст являет новое здание Еврейского музея, созданное по проекту архитектора Даниэля Либескинда в стиле деконструктивизма. У синагоги в Майнце есть общее с этим проектом — в изломанности линий и общей вытянутой зигзагом форме. Только здание в столице, похожее с земли на неприступную крепость‑лабиринт, огромно, гораздо больше майнцевского. Либескинд назвал свой проект «Between the Lines» — здание под разными углами пересекают ровные пустоты, символы трагедии, перечеркнувшей жизнь Европы и навсегда отделившей прошлое от настоящего.

Примечательно, что Герц, хотя и гордится своей работой и получил горячее одобрение и поддержку со стороны еврейской общины Майнца, не хочет считаться сугубо еврейским архитектором, специалистом по синагогам. Его работы разнообразны: музей в Ашдоде, жилой квартал в Китае, африканские проекты. Отвечая на вопрос о растущем мусульманском населении Европы, он честно сказал, что ему интересно построить и мечеть, если судьба сведет его с подобным архитектурным конкурсом.

КОММЕНТАРИИ
Поделиться

Недельная глава «Мецора». Существует ли лашон тов, то есть доброречие?

На взгляд Рамбама, доброречие предписано заповедью «люби ближнего, как самого себя». Согласно «Авот», это один из способов «воспитать многих учеников». Созидательная мощь лашон тов колоссальна — она ничуть не уступает разрушительной мощи лашон а‑ра! Видеть хорошие стороны людей и говорить им об этом — способ помочь их достоинствам реализоваться, выпестовать личностный рост ближних.

Союз обрезания: чья ответственность, когда совершать и что делать взрослым

В начале девяностых в синагоге в Марьиной Роще, тогда еще маленькой и деревянной, ежедневно можно было наблюдать такую картину: во дворе стоял небольшой вагончик‑времянка, в который заходили мальчики и мужчины самого разного возраста. В вагончике же, с редкими перерывами на сигарету и перекус, конвейерным методом работал моѓель, вводивший в завет праотца Авраѓама советских евреев, в основном будущих репатриантов в Израиль. Подобную картину можно было наблюдать и в других местах.

Союз обрезания: все, что сотворено, требует работы

Мир изначально не сотворен совершенным — наоборот, он требует от человека определенной работы для улучшения. А обрезание, соответственно, является одним из примеров такой работы. Согласно еврейской традиции, человек делает мир лучше, исполняя заповеди и делая добрые дела. Обрезание же — единственная заповедь, которая пребывает с ним все время, где бы он ни находился.