трансляция

Bloomberg: Самый популярный бизнес у ультраортодоксальных израильтянок? — Конечно, хайтек!

Гвен Акерман 20 октября 2017
Поделиться

В Силиконовой долине только начали бороться с процветавшими на протяжении десятилетий сексизмом и дискриминацией, а женщины в ультраортодоксальной общине Израиля говорят, что гендерная сегрегация им только помогает, поощряя все больше и больше женщин становиться предпринимателями.

В общине харедим многие женщины и растят детей, и зарабатывают на хлеб, пока их мужья учат Тору. И предпринимательство — хороший способ для ортодоксальных женщин прокормить свои большие семьи.

«Нам с детства внушают, что наша женская роль в том, чтобы кормить семью, — рассказывает 40‑летняя Сари Рот, топ‑менеджер в Bontact и мать семерых детей. — Это значит, что мы должны бороться, не сдаваться и делать все, чтобы преуспеть».

Привлечение ультраортодоксов к работе в хайтеке, страдающем от недостатка квалифицированных работников, стало в Израиле задачей государственного уровня: многие государственные структуры вовлечены в это. Единственная сложность в том, что ультраортодоксы ищут такую работу, которая позволяла бы им сохранять свой строго религиозный образ жизни.

Взять хотя бы затраты на офис. Не каждая компания захочет держать кошерную кухню или отдельную комнату, где бы женщины сидели отдельно от мужчин. Bontact, предоставляющий многоканальную платформу обмена сообщениями для 50 тыс. компаний, сделал прозрачные стены в офисе, чтобы мужчины и женщины могли встречаться, не нарушая законов скромности.

Прозрачные стены в офисе Bontact

Также большое количество детей у харедимных женщин может быть препятствием для карьерного роста в светских компаниях.

35‑летняя Авиталь Бек, мать шестерых детей, защитила докторат по молекулярной биологии и стала соосновательницей компании MilkStrip: она хотела работать на интересной и трудной работе и при этом иметь гибкий график, чтобы проводить время с детьми.

«Поскольку большинство высоких должностей в хайтеке не допускают никаких отклонений от рабочего графика, я подумала, что стоит основать собственную компанию», — рассказала Бек.

Также и Тиква Шмидт, разработчик систем программного обеспечения, мать десятерых детей, основала TIDE Technology, аутсорсинговую фирму, занимающуюся разработкой и архитектурой ПО, чтобы предоставить возможность харедимным женщинам работать на высоких позициях и в то же время растить детей.

Согласно базе данных Kamatech, компании, поддерживаемой правительством США и частными донорами, чья цель — привлечь больше ультраортодоксов к работе в израильском хайтеке, около 40% из 1100 предпринимателей — женщины, притом что в 2012 году их было всего 5%.

«Я часто выступаю на встречах и семинарах, и в тот единственный раз, когда я оглядел зал и увидел, что женщин в нем не меньше, чем мужчин, это было мероприятие, организованное Kamatech», — говорит Ади Софер Тини, генеральный менеджер Facebook Inc. в Израиле.

Древние тексты

Михаль Цук, заместитель директора израильского Министерства труда, сказала, что численность харедимных женщин, выбирающих предпринимательство, растет скорее, чем численность светских женщин.

Для тех, кто живет среди харедим, это неудивительно. Ведь девочки там изучают математику и другие науки и зачастую идут учиться в колледж, в то время как мальчики изучают древние еврейские тексты. И позже, в семейной жизни, как правило, финансами заведует жена, а муж занимается духовными вопросами.

Открыть компанию — значит не только создать себе работу с гибким графиком и при этом приносящую удовлетворение, это значит также создать рабочие места с достойной зарплатой для других членов общины, где уровень бедности гораздо выше, чем у еврейского населения Израиля в целом.

37‑летняя Рут Маргалит, мать пятерых детей, изучала программирование в колледже для девушек и получила работу в известной израильской технологической компании. Когда она увидела, что ее подруги не смогли получить хорошую работу, а то и вообще какую бы то ни было работу, потому что работодатель не хотел брать харедим или потому что они сами не хотели работать в светской компании, она основала i‑rox. Аутсорсинговая компания, которую Маргалит создала в начале своей третьей беременности, работает на стартапы, а также на оборонные и государственные предприятия; на настоящий момент в ней 120 сотрудников.

Семейные обстоятельства

Ультраортодоксальный мир поддерживает женщин‑предпринимательниц больше, чем секулярный, особенно в отношении ухода за детьми, считает Маргалит.

«Мне очень была нужна помощь моей семьи. Детьми занимался мой муж, а также моя мама и сестра».

Несмотря на поддержку общины, ультраортодоксам трудно предолеть барьер, если они хотят работать или создать компанию в секулярном бастионе хайтека. Так считает Хедва Клейнхандлер. Ее стартап Emerj производит программное обеспечение, позволяющее компаниям конфиденциально обучать сотрудников.

«Я почувствовала враждебность секулярного мира стартапов, — сказала она. — Главное препятствие в том, что ты хареди. Кроме того, трудновато быть предпринимателем и женщиной». 

Оригинальная публикация: In Israel Ultra‑Orthodox Women Emerge as Tech Entrepreneurs

КОММЕНТАРИИ
Поделиться

Иудео‑исламская традиция

Вклад евреев в ислам или, точнее, узнаваемый еврейский компонент в исламской цивилизации, был любимой темой еврейской науки с тех пор, как Авраѓам Гейгер опубликовал в 1833 году свою знаменитую книгу «Что Мухаммед принял от иудаизма?», в которой обратил внимание на некоторые библейские и раввинские элементы в ранних исламских текстах и сделал очевидный вывод, что это мусульманские заимствования из еврейских источников или, говоря более знакомыми словами, вклад евреев в ислам

Воспоминания дочери о Самуиле Галкине

Однажды Галкин ехал в теплушке с уголовниками, головорезами, и тут он нашел ход к их сердцам. Читал им Есенина, и они, насколько это возможно, не трогали его, не издевались над ним, а иногда и защищали. Однажды вечером к нам зашел человек и привез письмо от Галкина. На вопрос, кто он по профессии, он сказал, что он сцепщик вагонов. Когда приехал Галкин, то он рассказал, что это был знаменитый отцепщик вагонов. Он угонял целые вагоны с товарами и торговал крадеными вещами

«Хумаш Коль Менахем»: Четыре сторожа

Есть четыре типа сторожей: тот, кому за охрану не платят; тот, который одалживает; тот, кому платят за охрану, и арендатор. Тот, кому за охрану не платят, клянется относительно всех убытков (и освобождается от материальной ответственности). Тот, кто одалживает, платит за всё. Тот, кому платят за охрану, и арендатор клянутся в случае поломки, воровства и смерти и платят за потерю или за кражу