Ребе никогда не занимался анализом ради того, чтобы блеснуть остротой ума или эрудицией. Даже когда он рассуждал на, казалось бы, сугубо отвлеченные теоретические темы, в конце неизменно следовал вывод, имеющий самое непосредственное отношение к жизни еврея и его предназначению — служению Творцу