Трансляция

The New Yorker: Как видится дальнейшая судьба Аббаса и политики мирного урегулирования

Бернард Авишай 18 июня 2017
Поделиться

Встреча Дональда Трампа с Махмудом Аббасом в Вифлееме в конце мая — дешевое решение для президента, который, по словам его советника по безопасности Г. Р. Макмастера, собирался посетить «страны и святые места» и выражал «желание, чтобы палестинцы самоопределились и обрели национальное достоинство». В президентском дворце, украшенном символами независимости, Трамп, читая заготовленный текст выступления, сообщил журналистам, что собирается работать с Аббасом над «раскрытием потенциала палестинской экономики». Нафтали Беннет, израильский министр образования и ярый защитник поселений, вероятно, выразил мнение всего правительства Биньямина Нетаньяху, когда в ноябре прошлого года, после победы Трампа на выборах, заявил, что «эра палестинского государства закончилась». Встреча в Вифлееме продлила эту эру.

Много было написано о растущем стремлении администрации Трампа рассматривать это государство в региональном контексте, а не в контексте ближневосточного конфликта. Сообщалось, что в Эр‑Рияде Трамп согласился с предложением президента Египта Абдул‑Фаттаха Халила ас‑Сиси провести мирный саммит с участием Нетаньяху, Аббаса и представителей Иордании и даже, возможно, Саудовской Аравии. Также широко обсуждается уязвимость правительства Нетаньяху в связи с ведущимся следствием (среди прочего его обвиняют в том, что он дал возможность своим приближенным нажиться на закупках военных судов), а также в связи с угрозой, представляемой партнерами по коалиции вроде партии Беннета «Еврейский дом», которая скорее развалит кабинет, чем пойдет на уступки под давлением США, особенно маловероятно, что она согласится на превращение Восточного Иерусалима в палестинскую столицу. Но у палестинцев вообще‑то тоже есть своя политика, которая обычно удостаивается лишь беглого внимания. Аббас непрестанно соперничает с «ХАМАС», не говоря уже о других проблемах; если администрация Трампа будет мешкать или ожидать от Аббаса новых существенных уступок, она сможет убедиться, что его власть тоже неустойчива.

Встреча президента США Дональда Трампа с Махмудом Аббасом, президентом Палестинской автономии, в мае в Вифлееме

Аббасу 82, он курит, и у него нет назначенного преемника. Он глава движения «ФАТХ» и был избран президентом Палестинской автономии в 2005 году. (Как выразился мой палестинский знакомый, Аббас сейчас сидит двенадцатый год своего четырехлетнего президентского срока.) На выборах он получил более 60% голосов. Но сейчас опросы общественного мнения показывают, что более 60% палестинцев хотят, чтобы он ушел. Среди его достижений — два раунда мирных переговоров с Израилем: первый с Эхудом Ольмертом в 2008 году, второй с Нетаньяху в 2014‑м — закрепление за Палестиной статуса государства‑наблюдателя в ООН и вступление в Международный уголовный суд. Но его репутация подпорчена подозрениями, что палестинские лидеры, пусть и по необходимости, вступают в сомнительные сделки, которые провоцируют коррупцию и подрывают честь палестинского народа.

«Несмотря на некоторые ловкие дипломатические ходы, ситуация здесь удручающая, сумбурная», — сказал мне Сам Бахур, крупный бизнес‑консультант в Рамалле. Рядовые палестинцы возмущены «недействующей политической системой, отсутствием парламентских выборов с января 2006 года, жестокостью полиции, особенно в отношении сторонников “ХАМАС”». Некоторые чиновники Палестинской автономии оказывают регулярную поддержку предприятиям‑монополистам, которые предоставляют льготы и платят огромные зарплаты их друзьям и родственникам, включая, по некоторым данным, сына Аббаса. Согласно лондонской газете Times, аудиторы Евросоюза полагают, что почти 2 млрд фунтов, выплаченных Евросоюзом в качестве помощи Палестине в 2008–2012 годах, были растрачены впустую или израсходованы нецелевым путем. При этом Всемирный банк сообщает, что около 30% палестинцев числятся безработными, а безработица среди молодежи в Газе достигает почти 60%. И наконец, Аббас оказался совершенно беспомощен в отношении Израиля: он не смог предотвратить ни строительство новых поселений, ни военное вмешательство, ни блокаду Газы.

Все это, однако, не означает, что «ХАМАС» рассматривают как желанную альтернативу Аббасу. По словам Халиля Шикаки, директора Палестинского центра изучения политики и общественного мнения, Исмаил Хания, лидер «ХАМАС», немного обгоняет Аббаса: 49% опрошенных хотели бы видеть президентом Ханию, 44% — Аббаса. Но это скорее показатель фрустрации населения, а не поддержки им идеологии «ХАМАС». Эта исламистская группировка редко получает больше 30% голосов на парламентских выборах, в то время как «ФАТХ» набирает более 40%. «ХАМАС» грубо выгнал руководство «ФАТХ» из Газы в 2007 году; с тех пор он не прекращает организацию террористических актов против Израиля и отказывается признать законность Израиля — даже в своем недавно пересмотренном новом уставе, признающем палестинское государство в границах 1967 года. Воинственная риторика «ХАМАС» и устраиваемые им ракетные обстрелы Израиля вызывают у населения гордость, но вместе с тем страх того, что безрассудство окажется фатальным, особенно обострившийся в связи с ужасами в Сирии. «Для палестинцев старшего возраста Дамаск ощущается очень близко, это соседи, — сказал мне журналист Дэнни Рубинштейн, давно работающий на Западном берегу. — Им нужна нормальная жизнь. Они готовы закрывать глаза на коррупцию, даже на коллаборационизм, лишь бы все оставалось, как есть, не скатывалось в хаос. Но на что готова закрыть глаза молодежь?»

Между тем встречи с Трампом укрепили позиции Аббаса. Во время своего визита в Вашингтон он, как сообщается, предложил возобновить переговоры с Израилем, продолжив с того места, где они с Ольмертом их прекратили в 2008 году. Те переговоры затрагивали все основные вопросы: безопасности, границ, Иерусалима и беженцев, и оба лидера считали оставшиеся противоречия вполне разрешимыми. Аббас также нажимает на «ХАМАС» в Газе, пытаясь принудить их к настоящему воссоединению с автономией, что может, конечно, выйти боком, поскольку страдают от этого жители Газы. К примеру, Аббас настоял на том, чтобы «ХАМАС», а не Палестинская автономия оплачивал израильское топливо, на котором работает единственная в Газе электростанция; на данный момент в домах сектора электричество бывает не более четырех часов в сутки. Но чтобы полностью восстановить свой моральный авторитет, «ФАТХ» нужен новый харизматичный лидер, и старый соперник Аббаса в «ФАТХ» Марван Баргути дышит ему в затылок.

Марван Баргути сидит в израильской тюрьме, куда он попал в 2002 году, будучи осужден за убийство и терроризм, а до того он был открытым сторонником Соглашений в Осло 1993 года. Халиль Шикаки говорит, что Баргути — самый популярный лидер на палестинских территориях, его поддерживают как сторонники «ФАТХ», так и сторонники «ХАМАС», отчасти потому, что он и в тюрьме ведет себя вызывающе смело. Месяц назад Баргути организовал голодовку, в которой приняли участие более полутора тысяч узников строгого режима; цели этой голодовки он изложил в своей колонке в Times. Среди прочего, они требуют разрешить им больше телефонных звонков и сделать чаще посещения родственников. У Аббаса нет другого выбора, кроме как поддержать голодовку, но, если Баргути добьется своего, его позиции укрепятся и он сможет сражаться с Аббасом за пост президента, даже находясь в тюрьме. Попытки Израиля сорвать голодовку, включающие, среди прочего, выпуск видео, на котором Баргути тайком ест шоколадный батончик, «только усилили решимость заключенных», как заявила Фадва, жена Баргути. В голодовке, устроенной Баргути, нельзя не увидеть кампанию по возрождению повстанческой репутации «ФАТХ» и попытку представить себя как очевидного наследника былой славы этого движения.

Баргути, однако же, далеко не единственный конкурент Аббаса. Появились и другие соперники, особенно после седьмого конгресса «ФАТХ», который прошел в декабре в Рамалле. Джибриль Раджуб, в прошлом боевик, сидевший в израильской тюрьме в 1980‑х, занял второе после Баргути место на выборах в исполнительный комитет «ФАТХ». Раджуб сейчас возглавляет палестинский филиал ФИФА — Международной федерации футбольных ассоциаций — и борется за то, чтобы исключить из федерации футбольные команды израильский поселений. Глава палестинской разведки Маджид Фарадж встретился с Майком Помпео, новым директором ЦРУ, чтобы обсудить скоординированные действия Палестинской автономии и израильских военных. Палестинская автономия не может проводить новые президентские и парламентские выборы, покуда Газа и Западный берег не воссоединятся, но стареющее руководство «ФАТХ» может тем не менее попытаться вновь доказать свою легитимность — провести «ребрендинг» Палестинской автономии, как сформулировал в разговоре со мной один палестинский чиновник, — восстановив Национальный совет, законодательный орган Организации освобождения Палестины, а также признав «ХАМАС» в качестве политической партии и сформировав новый исполнительный комитет этой организации, который возглавит председатель из «ФАТХ» и управленцы из Палестинской автономии.

При обсуждении вероятных конкурентов «ФАТХ», однако, бросается в глаза, что никто не предлагает такой стратегической программы, которая отличалась бы от программы Аббаса. Все говорят о двух государствах и включении «ХАМАС» в Палестинскую автономию и рассчитывают продолжать ненасильственное государственное строительство и призывать мировые державы объединиться против Израиля и израильской оккупации. Основатель венчурной компании Jerusalem Venture Partners Эрель Маргалит, который претендует на то, чтобы возглавить израильскую партию «Авода», встречался с Раджубом в конце апреля. Маргалит рассказал мне, что они «обсуждали идеи, над реализацией которых можно начать работать прямо сейчас, в том числе фундамент для воплощения двухгосударственного решения, совместные палестино‑израильские проекты по экономике и безопасности и будущее региона в целом».

Израильские правые, напротив, получают извращенное удовольствие от той мысли, что Палестинская автономия рухнет, если Аббас сойдет со сцены. Министр охраны окружающей среды ликудовец Зеэв Элькин говорит: «Палестинская автономия родилась при Абу Мазене [это прозвище Аббаса] и исчезнет вместе с ним». Но все же, несмотря на множество проблем, крах Палестинской автономии кажется не слишком вероятным. После двенадцати лет правления Аббаса Палестинская автономия — это государство в стадии становления, и не следует оценивать ее жизнестойкость в зависимости от успехов или неудач мирного урегулирования.

Палестинская автономия платит зарплаты более чем 150 тыс. бюджетников — полицейским, учителям, чиновникам. Финансисты ожидают в этом отчетном году дефицит бюджета в 800 млн долларов, при этом валовый национальный продукт на палестинских территориях удвоился с 2008‑го по 2016‑й и достигает примерно 8 млрд долларов; этот рост организовали экономисты, получившие образование в Америке. Палестинские университеты оканчивают более тысячи программистов в год. Ариэль Эзрахи, административный директор в штаб‑квартире «Ближневосточного квартета» — международной организации, созданной в 2002 году с целью помогать развитию Палестины, — сказал мне, что Палестинская автономия «регулярно конструктивно» сотрудничает с Израилем и международными спонсорами, стремясь получить свои автономные источники электроэнергии. В Дженине проектируется новая электростанция, а также планируется провести газопровод в Газу.

Частный сектор, чей доход оценивается в 6 млрд долларов, более успешный и жизнестойкий. Активы банков, имеющих лицензию Палестинского валютного управления, оцениваются в 13 млрд долларов. Палестинский сектор телекоммуникаций оценивают в миллиард долларов, каменно‑мраморную промышленность — в полмиллиарда долларов; кроме того, палестинские генеральные подрядчики активно включены в системы поставок израильской мебельной и пищевой промышленности. К северу от Рамаллы строится город Раваби, рассчитанный на 40 тыс. жителей. Ожидается, что в нем будет мощный хайтековский сектор с филиалами международных софтверных компаний. Израильская фирма Mellanox Technologies уже выразила готовность открыть в Раваби свой филиал, как сказал мне Башар Масри, руководящий строительством Раваби.

Иными словами, если бы Палестинской автономии не существовало, палестинское общество и деловые круги должны были бы ее выдумать. Равно как и оборонное ведомство Израиля, которому совершенно не улыбается перспектива иметь дело с откровенно военным правительством. Это объясняет, почему — несмотря на шаткость авторитета Аббаса и невнятность намерений Трампа — всех так привлекает перспектива нового раунда мирных переговоров. Но в этом есть и настоятельная необходимость. Недавно на Западном берегу была объявлена всеобщая забастовка в поддержку голодающих заключенных. «Рамалла — город призраков: одни блок‑посты и горящие покрышки на главных улицах, — сказал мне Амар Акер, директор Paltel Group, крупнейшей палестинской телефонной компании. — Статус‑кво — это провокация. Но насилие разрушит все, что мы построили». 

Оригинальная публикация: Mahmoud Abbas, Donald Trump, and the Politics of Peace

Поделиться

Reuters: Портной из Газы шьет кипы для религиозных евреев

С тех пор как в 2015 году Израиль возобновил импорт одежды из Газы, Абу‑Шанаб восстановил свои деловые контакты и продолжил продавать свои товары в соседний Израиль. Поскольку зарплаты в Газе существенно ниже, чем в Израиле, цены Абу‑Шанаба весьма конкурентоспособны на израильском рынке.

Bloomberg: «ХАМАС» собирается смягчить свой устав, но не признает Израиль

«Кто‑то из них сказал: “Ребята, мы в плачевном состоянии, надо что‑то менять. Не то, что нам действительно важно, ведь мы по‑прежнему хотим убивать израильтян, но давайте скажем это другими словами — вдруг тогда больше людей будет готово вести с нами переговоры”».

Ближний Восток в ожидании американских выборов

США предстоит решить, как вести себя в утопающей в крови Сирии, как удержать на плаву Египет и Тунис, как спасти Ливию, как формировать политику в отношении Турции и т. д. Трудно представить, что Хиллари Клинтон и ее госсекретарь вновь займутся челночной дипломатией и попытаются добиться результатов от двух наименее заинтересованных в этом лидеров — Махмуда Аббаса и Биньямина Нетаньяху.