Эдгар Лоренс Доктороу. Регтайм навсегда

Михаил Эдельштейн 4 августа 2015
Поделиться

21 июля в Нью‑Йорке умер американский прозаик Э. Л. Доктороу.

Он родился в 1931 году в семье иммигрантов второго поколения: родители отца и матери Доктороу приехали в Америку из Российской империи. Перепробовал несколько профессий, писать всерьез — юношеские пробы пера не в счет — начал ближе к тридцати. Первый же его роман, «Добро пожаловать в трудные времена», получил хорошую прессу и даже был экранизирован. Вышедшая в начале 1970‑х «Книга Дэниэла», в основе которой история супругов Розенберг (в романе — Айзексоны), казненных по обвинению в шпионаже в пользу СССР, заставила критиков говорить о Докто­роу как об одном из ведущих прозаиков его поколения. Но настоящую славу писателю принес следующий роман, «Регтайм», до сих пор исправно включаемый критиками и читателями во всевозможные перечни главных книг в истории американской литературы. Последующие романы, особенно «Билли Батгейт» и «Марш», лишь упрочили репутацию Доктороу. Его полюбил Голливуд: фильмы по его произведениям снимали Милош Форман и Сидни Люмет, в экранизации «Билли Батгейта» сыграли Дастин Хофман, Николь Кидман, Брюс Уиллис…

doctДоктороу принадлежит к тем писателям, о которых трудно рассуждать в романтической парадигме: гений, талант. Он прежде всего профессионал высочайшей квалификации, ремесленник‑виртуоз, сколь оксюморонным ни казалось бы подобное сочетание. Его прозаическая техника — особенно, конечно, в синкопирующем и коллажном «Регтайме», известном русскому читателю в блестящем переводе Василия Аксенова, но и в других романах тоже — достигает невероятной изощренности. Его арсенал повествовательных приемов практически неисчерпаем: ритмизованная проза, поток сознания — и тут же вестерн, фантастика, сентиментальная на грани самопародии гангстерская сага.

Доктороу — словно бы олицетворенное опровержение известного афоризма: «Все знают, как сделан “Дон Кихот”, но никто не знает, как его сделать». Он действительно знал и то и другое. Оттого он пользовался такой популярностью как университетский преподаватель писательского мастерства, оттого так интересны и точны его разборы текстов других писателей.

Доктороу принято называть историческим романистом. Он и впрямь почти всегда работал на историческом материале, однако не стремился пора‑зить читателя ни раскопанными в архивах неизвестными фактами, ни парадоксальными трактовками. О чем бы ни шла речь в его книгах — о деле Розенбергов, о генерале Шермане, о расизме, феминизме, анархизме, — Докто­роу практически не выходил за пределы общеизвестных (или, по крайней мере, легко находимых) фактов. Он прекрасно знал и чувствовал эпохи, о которых писал, но его романы становились шедеврами за счет интонации, аранжировки, нюансов — а главное, за счет изу­мительного чувства пропорций, с каким он смешивал трэш и авангард, серьезность и иронию.

Главная тема Доктороу — конфликт между человеком и историей, вернее, между оптикой гуманистической и исторической. Катаклизм разрушает отдельные судьбы, но жизнь в целом не заканчивается, а лишь переформатируется — пазл складывается по‑другому, вот и все. Кто‑то в результате становится счастливее, кто‑то несчастнее, кто‑то и вовсе гибнет, но с точки зрения истории изменения не столь уж велики, точнее, едва различимы. То ли цунами, то ли рябь на воде — как посмотреть. Если у Доктороу и была философия истории, она заключалась именно в этом.

КОММЕНТАРИИ
Поделиться

The Guardian: История Максвелла Смарта. «В 10 лет я бежал от нацистов…»

Больше всего Смарт боялся не голода, не холода, не боли и не нацистов. «Одиночество: вот что было самое страшное». Чтобы как-то убить время, он часто мысленно рисовал лес. «Кажется, я придумал абстрактный экспрессионизм задолго до того, как он стал популярен. В моем воображении я был свободен». Смарт обращался к Б-гу с упреками: «Почему ты создал меня евреем? Для чего?» А «Б-г послал ему друга»...

Пятый пункт: «Хизбалла», изнасилование, фадиха Израиля, Лукашенко, все о синагоге

Чем «Хизбалла» угрожает Израилю? Как во Франции отреагировали на изнасилование еврейской девочки? И какие обвинения президент Беларуси предъявил евреям? Глава департамента общественных связей ФЕОР и главный редактор журнала «Лехаим» Борух Горин представляет обзор событий недели.

Раши был прав: компьютерный анализ подтвердил уникальный статус некоторых трактатов Талмуда

Сначала исследователи ввели в базу данных большой объем текста из двух Талмудов, что позволило алгоритму машинного обучения выучить обе версии арамейского языка. Затем исследователи предоставили компьютеру дополнительные неразмеченные разделы на арамейском языке из обоих Талмудов, и алгоритм смог точно определить происхождение текстов, подтвердив, что программа понимает лингвистические различия между ними. В конце концов были введены все трактаты обоих Талмудов