Еще посмотрим

Английские годы Люсии Мохой

Алексей Мокроусов 17 февраля 2017
Поделиться

Люсия Мохой. Английские годы

Берлин, Архив Баухауса, до 28.2

Люсия Мохой (1894–1989), жена мэтра авангарда Ласло Мохой‑Надя (ее брак с учителем продолжался с 1921 по 1929 год), известна как мастер портретной съемки, архитектурной и предметной фотографии. Во многом благодаря ее архивам до наших дней дошла фотография Баухауса. Берлинский проект сосредоточен на английском периоде ее творчества — из‑за «пятого пункта» она была вынуждена бежать из Германии уже в 1934‑м и обосновалась в Лондоне. Этот период меньше известен публике, чем эпоха Баухауса, где Мохой прославилась съемками в ателье и портретами студентов и преподавателей, хотя в творческом отношении английские годы не менее интересны. Помимо заказных портретов, например Эммы, графини Оксфорда и Асквита, или физика‑нобелеата барона Блэкетта (благодаря этим работам можно многое понять в феномене стиля и феномене аристократов), и ландшафтной фотографии показывают и снимки, сделанные Люсией Мохой во время ее многочисленных путешествий, в том числе на Балканы и Ближний Восток, включая Израиль. Она работала там в библиотеках по заказу ООН, но одновременно снимала и повседневную жизнь улиц и пляжей.

Люсия Мохой. Израиль. 1956.

Придавая форму

Лондон, Еврейский музей, до 27.2

Небольшая, но эффектная выставка полюбилась критикам. Она посвящена истории керамики в Лондоне во второй половине прошлого века — на ее развитие повлияли эмигрировавшие в 1930‑е годы в Англию мастера‑евреи, такие как венка Люси Ри (1902–1995), выпускница Баухауса Грете Маркс (1899–1990) из Кельна или уроженец немецкого Хемница Ганс Копер (1920–1981). Всего представлено творчество 13 мастеров керамики.

Поделиться

Москвичи и Москва Льва Мелихова

«Для меня Москва как любимая женщина, — сказал Мелихов в одном из интервью. — Я иногда шучу, что мы с ней отметили золотую свадьбу. Этот город, эту женщину по имени Москва, как истый провинциал, люблю безумно. Это город‑праздник с самого моего детства»

Юрий Норштейн. Спокойной ночи, малыши!

Менее полутора лет, начиная с 2000 года, заставка была в эфире, затем ее сняли как якобы слишком сложную для детей эры клипового сознания. Теперь это произведение принадлежит истории киноискусства. История оценила труд по достоинству: на одном из фестивалей в Токио критики и аниматоры включили его в список 150 самых выдающихся мультфильмов планеты.

Голоса воображаемого музея

Его не очень любили в СССР, хотя Мальро сражался в Испании, а в годы Второй мировой командовал танковой бригадой. Название выставки отсылает к двум книгам писателя и критика Андре Мальро — «Воображаемому музею» (1947) и «Голосам безмолвия» (1951). С момента их публикации искусствознание ушло так далеко, что из широкой публики за ним поспевают немногие. Но книги не устарели, как не устаревает всякое продуманное эссе, даже гигантских размеров.