Уроки Торы I

Уроки Торы I. Ваишлах

Менахем-Мендл Шнеерсон 11 апреля 2016
Поделиться

Мы узнаем о замене имени Яакова на Исраэль (что указывает на принципиальное изменение и в характере личности). Впервые об этом поведал ангел, не сумевший его побороть (традиция сообщает: то был ангел Эсава, а сама схватка олицетворяет неизбежно предстоящую тяжелую борьбу потомков двух братьев, в которой Эсав не победит). Во второй раз говорит Всесильный: «Не Яаков должно быть впредь имя твое, а Исраэль». И тем не менее в Торе еще упоминается имя Яаков. В случае же с Авраамом после изменения его изначального имени — Авраам — оно уже никогда не повторяется в Торе. Чем это объяснить? И имеет ли это для нас значение сегодня?

ПОЧЕМУ СОХРАНЯЕТСЯ ИМЯ ЯАКОВ?

Комментируя стих «Не Яаков должно быть впредь имя твое, а Исраэль» (Берешит, 32:29), Талмуд (Брахот, 13а) ставит вопрос: почему имя Яаков затем сохраняется в Торе?

Всякий, кто назовет Авраама Авраамом, нарушает установление «не будешь впредь именоваться Авраамом» (Берешит, 17:5). Если так, то же правило должно относиться и к тому, кто называет Яаковом Исраэля. Талмуд делает вывод, что имя Яаков в этом отношении отличается от имени Авраам. После того как Б‑г дал Аврааму новое имя, Тора никогда больше не называет его иначе. А Яаков называется в Торе Яаковом даже после того, как ему было дано имя Исраэль. Так почему сохраняется имя Яаков?

Существует хасидское объяснение (Ликутей Тора, Балак), согласно которому имена «Яаков» и «Исраэль» отражают две стадии служения Б‑гу, каждая из которых последовательно уместна в разные периоды религиозной жизни каждого еврея. «Исраэль» — более высокий уровень, но это не отменяет необходимости служения, заключенного в имени «Яаков».

ВНУТРЕННИЙ СМЫСЛ ИМЕН ЯАКОВ И ИСРАЭЛЬ

Различия между ними заключаются в следующем. Имя Яаков предполагает получение благословения хитростью и лукавством. В переводе с иврита «Яаков» — «облукавит». Он использовал хитрость для получения благословения, которое предназначалось Эсаву. «Исраэль», наоборот, отражает получение благословения благородным путем. «Серара», лингвистически связанное с именем Исраэль, означает «в открытой манере». Как бы мы ни интерпретировали Тору, ее буквальное значение остается в силе: благословения Ицхака относились к физическому миру и к его благам — «И даст Г‑сподь тебе от росы небесной и от туков земных» (Берешит, 27:28).

Ради этих благословений Яаков и Ривка пошли на большие жертвы и прибегли к обману. Яакову пришлось облачиться в одежды Нимрода, взятые у Эсава, чтобы получить в свои
руки и трансформировать элементы физического мира, раскрыв их святость. Иначе говоря, освободить таящиеся в них искры святости.

Деяния отцов служат знаком для детей их. В чем для нас смысл поступка Яакова? Хитрый человек не раскрывает своих искренних намерений. Кажется, что он следует путем своего оппонента, но в критический момент вдруг делает то, что собирался сделать с самого начала. Еврей в своих связях с материальным миром кажется им поглощенным: ест, пьет, зарабатывает деньги, но он делает это во имя Небес. Его цели не являются материальными, он носит «одежды Эсава», но должен раскрыть и поднять «святые искры».

Путь служения, обозначаемый именем Исраэль, — это получить благословение «росы небесной и туков земных» путем «благородного и открытого поведения». У такого человека, когда он находится в мире, живет среди людей, нет необходимости скрывать свои истинные намерения служить Всевышнему. Он не испытывает напряжения, мир не имеет над ним власти и не скрывает от него таящуюся в себе Б‑жественную природу.

Это можно проиллюстрировать разницей между едой в Субботу и в обычный день. Еде в будни присуще напряжение, создающееся между физическим актом и его духовной мотивацией. Это противоречие между внешним облачением и внутренним намерением — своего рода хитрость. Но еда в Субботу сама по себе есть выполнение заповеди, в ней проявляется заключенная в физическом мире святость.

В этом свете мы можем понять значение стиха: «не Яаков должно быть впредь имя твое, а Исраэль, ибо ты состязался с ангелом и с людьми и одолел». Под ангелами обычно подразумевается семьдесят небесных князей, через которых излучения Б‑жественности текут в мир и поддерживают физическую природу. Тем самым они служат для сокрытия Б‑жественности. «Люди» в данном контексте означают еще большую степень сокрытия, ибо люди способны отвратить еврея от исполнения воли Б‑га. Потому первая фраза в «Шульхан арух» (свод еврейских законов) предупреждает, чтобы мы не стеснялись насмешников. Основа всего служения Б‑гу для еврея заключается в том, чтобы сломать барьеры, скрывающие Б‑га.

В том и состояла доблесть Исраэля, что он боролся и с ангелом, и с людьми и преодолел оба олицетворяемых этими понятиями вида сокрытия Всевышнего. Для него больше не существует преград, они фактически уступили благословениям. Он не только выиграл борьбу с ангелом (имеется в виду ангел‑хранитель Эсава), но ангел сам благословил его. Вот достижение, о котором в Притчах (16:7) сказано: «он заставляет даже своих врагов быть с ним в мире».

 

БОРЬБА

Указанное различие согласуется с объяснением, данным в книге «Ликутей Тора» (Балак, 72б) на стих: «не увидел провинности в Яакове и не видел зла в Израиле» (Бемидбар, 23:2). На уровне, обозначаемом именем Яаков, у еврея нет провинности, но он испытывает ущерб, его свобода от греха достигается только путем напряжения и борьбы, потому что он должен преодолеть внешние преграды. Именно поэтому он называется «Яаков — слуга мой», служение (на иврите «авода») отражает тяжелые усилия, требующиеся для возвышения физической природы человека (его «животной» души). Человек не совершает греха, но по‑прежнему испытывает стремление к греху, которое он и должен преодолеть. А имя Исраэль не содержит «ущерба», в борьбе с «ангелом и с людьми» разрушены все барьеры, скрывающие Б‑жественность. Он заставил замолчать свое дурное начало. Израилю нет необходимости бороться с силами, что мешают его восприятию Б‑жественного. Его дальнейший прогресс целиком лежит в области святого.

ПОБЕДА ПОЛНАЯ И ПОБЕДА ЧАСТИЧНАЯ

Ребе Раяц рассказывал о Цемахе Цедеке следующую историю. Однажды во время собрания хасидов он вскочил на стол и в большом волнении воскликнул: «В чем разница между тем, что убито полностью, и тем, что убито частично?» Это относится к выражению Талмуда (Бава кама, 65а), что «частично» убить означает убить. Цемах Цедек придал алахическому высказыванию хасидскую интерпретацию, применив его к убийству «злого начала», то есть стремления к греху. Даже частичное убийство является убийством. Мы должны убить злое начало по крайней мере частично.

По прошествии какого‑то времени он продолжал: «А в момент, когда человек достиг точки “убийства”, жизнь приобретает новый характер».

Эти два высказывания Цемаха Цедека относятся к уровням служения, обозначаемым словами «Яаков» и «Исраэль». На уровне Яакова все еще есть борьба между добрым и злым началами. Жизнь полна напряжения. Это — «частичное убийство». Но на уровне Исраэля, когда «убийство» совершено, жизнь трансформируется в абсолютно новую, наполненную покоем и духовными наслаждениями.

УРОВНИ ЖИЗНИ ЦАДИКА И БЕЙНОНИ

Эти два уровня служения относятся к двум степеням внутри Б‑жественной души. Имя Яаков на иврите можно разделить, представив как букву «юд» и слово «экев» (пятка). То есть здесь ощущение Б‑га, которого символизирует буква «юд», достигло только самых низших уровней души, оставляя тем самым возможность сокрытия, которое нужно преодолеть. С другой стороны, имя Исраэль содержит те же самые буквы, что слова «ли рош» (дословно: «голова принадлежит мне»). Вся душа, до ее высших пределов, пронизана знанием Б‑га. Здесь невозможно сокрытие и не нужна борьба. Если говорить в общих терминах, то имя Исраэль означает цадика (то есть стадию полной праведности), а имя Яаков означает бейнони (промежуточный уровень, доступный каждому человеку). Соотносясь с промежуточным уровнем, «Яаков» означает служение в будние дни, а «Исраэль» — служение в Субботу. И даже на уровне полной праведности все еще существует аналогия и с именем Яаков, и с именем Исраэль. Это ясно хотя бы из того, что Исраэля называют Яаковом даже после изменения имени. В нем, как и в каждом еврее, Яаков остается необходимым элементом служения Б‑гу.

СОВРЕМЕННОЕ ЗНАЧЕНИЕ ИМЕНИ ЯАКОВ

Из того факта, что уровень Яакова, как мы упоминали ранее, свободен от греха и все же подразумевает постоянные усилия, следует, что еврей, хотя его борьба с противоречивыми желаниями трудна и сопряжена с риском, обладает силой, достаточной для того, чтобы победить и оставаться свободным от греха. Ибо он есть «росток насаждений Моих, дело рук Моих» (Йешаяу, 60:21) и «часть Всевышнего» (Иов, 31:2).

Так же, как ничто не в состоянии одержать верх над Б‑гом, так и ничто не в состоянии одолеть еврея против его воли. И ему была обещана победа в этой борьбе, ибо сказано: «Не будут отвергнуты Им отверженные» (Шмуэль, 14:14) и «У каждого еврея есть удел в мире грядущем» (Сангедрин, ч. II).

Эти обещания (как и все слова Торы) имеют отношение к нашим сегодняшним духовным проблемам. Уверенность в конечной победе должна укрепить нашу радость в служении Б‑гу, а эта радость, в свою очередь, внесет вклад в победу над нашей материальной природой и тем самым сократит саму борьбу. Ребе Раяц говорил: «Хотя солдат встречается лицом к лицу с опасностью, он идет на бой с радостной песней, и радость эта приносит ему победу».

Именно поэтому мы говорим по окончании Субботы: «не страшись, раб Мой Яаков». Ведь как объяснено выше, в Субботу еврей стоит на уровне, обозначаемом именем Исраэль, а по его окончании, когда мы возвращаемся к уровню «раба Моего Яакова» и к будничным трудам, нам говорится: «Не страшись!» Это не просто приказ, но и источник силы и радости, которые сократят труд и приблизят награду — вплоть до того момента, когда мы удостоимся времени, о котором сказано: «Вечная жизнь Субботы и покоя».

Поделиться

Теодор Ойзерман. В нужном месте в нужный час

На философский факультет легендарного ИФЛИ Ойзерман пошел лишь потому, что вычитал где‑то, будто писателю необходимо системное мировоззрение. Но через несколько лет о литературе он уже не вспоминал — стало ясно, что его призвание именно философия.