Архив

Хранитель сокровищ

Владимир Лазарис 22 сентября 2016
Поделиться

Неизвестные письма Бялика

Канонизированный при жизни классик современной еврейской поэзии Хаим‑Нахман Бялик (1873–1934) прославился также в качестве неутомимого радетеля сохранения еврейского поэтического наследия. Названный поэтом национального возрождения, Бялик долгие годы вел систематическую научную работу по возрождению таких национальных сокровищ как средневековая еврейская поэзия Испании. В Европе и в Америке почти не было университета, архива, библиотеки или частного собрания рукописей, в которые бы Бялик не обращался в поисках необходимых ему материалов.

Профессор ивритской литературы Иерусалимского университета Йосеф Яалом поведал одну из таких историй о том, как в 1929 году Бялик обратился за помощью к знаменитому еврейскому коллекционеру и меценату Залману Шокену Шломо‑Залман Шокен (1877–1959) — предприниматель, издатель, деятель сионистского движения. — Здесь и далее примеч. авт. .

В письме доктору Джозефу Маркусу Джозеф Маркус (1897–1974) — американский раввин, ученый‑теолог, редактор. , который собирал в Нью‑Йорке нужные Бялику стихи Ибн‑Гвироля Шломо Ибн‑Гвироль (1021/22–1053/58) — поэт и философ, классик средневековой еврейской поэзии в Испании. , он написал: «Когда я был в Берлине, мне стало известно о новом источнике стихотворений Ибн‑Гвироля, особенно светских стихотворений, которые до сих пор не были опубликованы. Но Б‑г его знает, смогу ли я их получить. Они находятся в скупых руках. Буду молиться о себе и о душе Ибн‑Гвироля» Письмо от 24.11.1929 // Письма Х.‑Н. Бялика. В 5 т. / Под ред. Ф. Лаховера. Тель‑Авив: Двир, 1938. Т. 5. С. 4 (на иврите). .

Несколько месяцев спустя в новом письме Маркусу Бялик не мог скрыть своего разочарования: «Источник стихотворений Ибн‑Гвироля, на который я намекнул, находится в руках г‑на Шокена в Берлине, и, по его словам, там около ста новых светских стихотворений. По сей день я не смог услышать от него ни да, ни нет касательно разрешения использовать этот источник. И да и нет — не поймешь у него «И да и нет — не поймешь у него» — о нерешительном, вечно сомневающемся человеке. Из талмудического трактата Шабат, 113:1. . Горе нам и нашей литературе от таких коллекционеров» Письмо от 2.3.1930 // Письма. Т. 5. С. 43. .

Хаим-Нахман Бялик Берлин. Конец 1910-х

В письме от 8 марта 1933 года профессору Исраэлю Дэвидсону Исраэль Дэвидсон (1870–1937) — профессор средневековой литературы Еврейской теологической семинарии в Нью‑Йорке, исследователь и литературовед, автор 4‑томной антологии «Сокровищница средневековой еврейской поэзии». в Нью‑Йорк Бялик вернулся к вопросу о рукописи, которая хранилась в доме Шокена как его частная собственность: «Б‑г знает, поможет ли ему самая лучшая охрана в эти бурные дни, дни Гитлера и нацистов. В наше время нет иного места для хранения национального достояния, а может, и частной еврейской собственности, кроме Эрец‑Исраэль» ’Письма. ).’].

Неизвестно, прислушался ли Шокен к совету Бялика, но рукопись стихов Ибн‑Гвироля в любом случае оказалась в надежном месте, когда весь институт Шокена по исследованию средневековой еврейской поэзии переехал из Берлина в Иерусалим Яалом Й. «Не спит душа в канун рассвета...»: диван Ибн‑Гвироля и судьба его светской поэзии (на иврите) // JSIJ: Jewish studies, an Internet journal. 2003. No. 2. P. 83–95. .

 

Интерес Бялика к средневековой еврейской поэзии проявился уже в 1906 году. Через три года после «Сказания о погроме», сделавшего его самым популярным поэтом среди евреев, Бялик совместно со своими соавторами И.‑Х. Равницким Йеошуа‑Хоне Равницкий (1859–1944) — писатель, журналист, редактор, издатель. После переезда в Эрец‑Исраэль в 1924 году выпустил вместе с Бяликом комментированные издания произведений Шломо Ибн‑Гвироля и Моше Ибн‑Эзры. и Ш. Бен‑Ционом Ш. Бен‑Цион (Симха Алтер Гутман, 1870–1932) — еврейский писатель. Отец израильского живописца, графика и литератора Нахума Гутмана (1898–1980). выпустил в Кракове антологию «Шират Исраэль» («Еврейская поэзия») с подзаголовком «Избранные стихотворения от Шмуэля а‑Нагида Шмуэль а‑Нагид (993–1056) — поэт, ученый‑талмудист, филолог, военачальник и визирь королевства Гранада, классик средневековой еврейской поэзии в Испании. до наших дней».

Бялик был буквально заворожен богатством средневековой еврейской поэзии, о чем писал: «Мои старания на ниве еврейской поэзии Испании доставляют мне неописуемое наслаждение. Порой мне кажется, будто я стою подле множества горок драгоценных камней и жемчугов и то и дело набираю полные пригоршни. Задумываясь над этой картиной, я не перестаю удивляться: как получилось, что до сегодняшнего дня такие бесценные сокровища были обречены на столь долгое забвение» Из письма доктору Аарону Фрайману от 13.12.1927 (Письма. Т. 4. С. 38). Аарон Фрайман (1871–1948) — немецко‑еврейский библиотекарь, библиограф и историк. .

Гигантская работа, которую вел Бялик на благо еврейской культуры, отразилась в его переписке с еврейскими учеными в разных странах. Пять из этих писем, адресованных в Россию известному исследователю еврейской литературы С. Л. Цинбергу Израиль (Сергей Лазаревич) Цинберг (1873–1939) — доктор философии, профессиональный химик, заведующий лабораторией Путиловского завода, литературный критик, публицист и видный исследователь еврейской литературы, автор 10‑томной «Истории еврейской литературы», состоявший в переписке с Бяликом на протяжении 20 лет. Был арестован в Ленинграде в апреле 1938 года «за контрреволюционную деятельность, как участник сионистской организации» и умер в пересыльной тюрьме во Владивостоке. Неизвестные письма Бялика Цинбергу впервые обнаружил семитолог и гебраист Л. Е. Вильскер (1919–1988) в библиотеке лениградского филиала Института востоковедения РАН, ныне — Санкт‑Петербургский Институт восточных рукописей РАН (Ф. 86. Оп. 2. Ед. хр. 22. Л. 1–5, 11–13), куда семья Цинберга передала его архив. В переводе Вильскера на идиш эти письма (вместе с шестью письмами Бялика другому еврейскому исследователю — Давиду Магиду) были опубликованы в журнале «Советиш геймланд» (1989. № 2. С. 121–165). , впервые публикуются на русском языке в переводе с иврита.

За помощь в поиске нужных материалов хочу поблагодарить покойного семитолога и гебраиста Г. М. Глускину и ее сына Б. Л. Вильскера (Рамат‑Ган), директора архива дома‑музея Бялика Шмуэля Авнери (Тель‑Авив), Эйяля Миллера из Национальной библиотеки (Иерусалим), Е. О. Шухман из Института восточных рукописей РАН (Санкт‑Петербург) и Г. А. Элиасберг из Центра библеистики и иудаики РГГУ (Москва).

Главы V–VIII из «Царского венца» Шломо ибн Гвироля Рукописная копия из Йемена

 

БЯЛИК — С. Л. ЦИНБЕРГУ

Одесса, 5 швата 5677 года (28 января 1917 года)

 

Высокочтимый господин!

Прошу меня извинить за то, что боли в руке помешали мне вовремя ответить на Ваше письмо.

В своем вопросе Вы не уточнили, сколько у Вас строф из стихотворения Ибн‑Гвироля «о вине», и я оказался в затруднении. Насколько я знаю, там пять строф, и в четвертой есть акростих «Шломо», а пятая — последняя во всех версиях, которые я видел в печати. И выглядит она так:

 

Стань монахом, чтоб потом
Всегда гнушался ты вином
И всех домашних об одном
Просил: тащите воду!
Перевод В. Лазариса (Еврейская поэзия средних веков. М.: Книжники, 2014. С. 109). В этом чуть ли не единственном шуточном стихотворении Ибн‑Гвироль описал свое огорчение на пиру, где очень быстро закончилось вино и скупой хозяин велел подать гостям воду.

 

Я не знаю, есть ли после этого добавочные строфы, и слышу об этом от Вас впервые. Я хотел бы знать, откуда Вам известно, что в конце не хватает еще двух строф?

Я очень обрадовался, когда узнал, что Вы пишете историю нашей литературы, но почему только по‑русски? Почему также не на иврите? Или, наоборот, почему первым делом не на иврите?

О евреи! Вы все еще придерживаетесь привычки ваших отцов поклоняться Баалу Баал или Ваал (арам. и ивр.) — «владыка», «хозяин». Моавитское божество, здесь в значении «чужой бог». В данном случае пафос Бялика направлен, конечно же, не на его корреспондента, который являл собой живое воплощение еврейской культуры, свободно владея еврейским и древнееврейским языком, а исключительно против ассимилированных евреев. , с которым вам трудно расстаться. Мне совершенно ясно, что все время, пока вы не перестанете поклоняться чужим богам, в трудах ваших не будет никакого успеха. Тяжек нам этот грех, как дело с тельцом Дело с тельцом — известная библейская притча о золотом тельце (Исх., 32). . Вы постоянно пишете и сочиняете на чужом языке. Вы — настоящие духовные выкресты. Да не будет с вами мой удел!

Если бы Вы писали историю литературы на иврите, издательство «Мория» взяло бы на себя расходы. Обратите на это внимание. Хорошенько подумайте и ответьте мне.

Фонд Фруга Фонд Фруга был создан в 1917 году под руководством Бялика для увековечения памяти русско‑еврейского поэта Семена Фруга (1860–1916). имеет три назначения: 1) выдача порядочной суммы вдове покойного, чтобы она могла прилично существовать; 2) установление красивого памятника на его могиле и 3) дешевое народное издание книг покойного, а также издание книг с национальной тематикой на русском языке.

Собранные в Петрограде деньги (пятьсот с лишним рублей) Вы должны послать тем, кто занимается созданием фонда , — на имя заместителя председателя, д‑ра Гиммельфарба Григорий Ильич Гиммельфарб (1857–1928) — профессор медицины, известный врач‑гинеколог, заместитель председателя Общества одесских врачей. : Одесса, Херсонская ул., 19; или на мое имя: Х.‑Н. Бялик, пер. Вагнера, 4.

Остаюсь Ваш

Х.‑Н. Бялик.

 

БЯЛИК — С. Л. ЦИНБЕРГУ

10 апреля 1921 года

 

Дорогой и многоуважаемый друг, господин Цинберг, мира Вам и счастья!

Я узнал от наших верных петроградских товарищей, что Вы написали статью о стихах Шломо Ибн‑Гвироля и открыли новые источники и стихи, а также сделали дополнения и исправления к фрагментарным стихам, опубликованным доктором Дэвидсоном.

Вы меня крайне обяжете, и я останусь вечно Вам благодарен, если сразу же по получении моего письма посадите переписчика переписать для меня полностью новый стихотворный материал и перешлете его через нарочного за мой счет или другой оказией, которая подвернется, по следующему адресу:

Москва, Чистопрудный бульвар, Мыльников пер., д. 9, кв. 17, Бялику Адрес инженера Александра Залкинда, у которого остановился Бялик. .

Этот материал мне необходим для большой работы, которой мы с Равницким теперь занимаемся, а именно: составление полного двухтомного дивана как литургических, так и светских стихотворений Шломо Ибн‑Гвироля, с примечаниями и комментариями.

Работа уже закончена и полностью набрана в печать. Но без стихов, которые есть у Вас, она, конечно, получится неполноценной. Прошу Вас доставить мне в Москву этот материал не позднее следующего четверга (14 апреля), потому что в этот день мы собираемся выехать в Одессу.

Если по какой‑либо причине Вы не сможете так быстро переслать этот материал в Москву, постарайтесь, пожалуйста, при первой же возможности отправить его в Одессу, ибо может случиться, что после Песаха мы уедем за границу Имеется в виду намеченная эмиграция из России (20 июня 1921 года), разрешенная Лениным и Чичериным после личной просьбы Горького, который был знаком с Бяликом, высоко ценил его поэзию и сравнивал его с пророком Исайей. .

Дорогой друг, надеюсь, Вы так и сделаете во имя науки.

Большое спасибо Вам и всем, кто занимается этими дорогими стихами.

С любовью, Х.‑Н. Бялик.

Израиль (Сергей Лазаревич) Цинберг 1935

 

БЯЛИК — С. Л. ЦИНБЕРГУ

Москва, 15 апреля 1921 года

 

Многоуважаемый друг, господин Цинберг, мира Вам и счастья!

Я рад счастливой возможности, которая позволила мне написать Вам еще раз и сделать это без спешки. Я уже сообщил Вам в предыдущем письме, а также в телефонограмме относительно издания всех светских и литургических стихов Шломо Ибн‑Гвироля в двух томах издательством «Мория». Мы с Равницким систематизировали эти стихи. В обоих томах будет более сорока печатных листов. Около половины займет сам текст, а все остальное — научные комментарии и примечания.

Не стану хвалиться тем, что наша работа совершенна, ибо кто еще так слеп, как совершенный? Кто еще так слеп, как совершенный? — парафраза Ис. 42:19: «...Кто так слеп, как возлюбленный, так слеп, как раб Г‑спода?» Но все же это — огромная работа, и наступит время, когда она вызовет фурор у тех, кто ценит такой труд. Мы располагаем почти всеми материалами, опубликованными до начала войны. Правда, из литургических стихов у нас недостает тех, что находятся в старых и недоступных махзорим Махзорим (ивр.) — сборники молитв, песнопений и правил литургии на праздники. . Мы собираемся разыскать их в разных странах, когда нам представится такая возможность. Пока мы уже приготовили матрицы всего, что систематизировали до сих пор, а то, что получили позже, поместим в отдельную тетрадь, как дополнение.

А теперь у нас с Равницким есть к Вам просьба: когда я приехал со своим ходатайством в Москву, то узнал от наших друзей, что Вы написали большую статью о Шломо Ибн‑Гвироле, в которой впервые публикуете новые стихотворения или старые, но в уточненной редакции — из тех, что Вы нашли в различных рукописях коллекции Гаркави (Фирковича) Авраам (Альберт) Яковлевич Гаркави (1835–1919) — русский востоковед, семитолог, исследователь еврейской истории и литературы; Авраам Фиркович (1787–1874) — караимский общественный деятель, литератор, археолог и коллекционер. . Само собой разумеется, что мы не сможем уехать туда, куда собираемся, не взяв с собой надежной копии Ваших находок. Если мы не сделаем этого, то согрешим перед самими собой, перед Шломо Ибн‑Гвиролем и перед литературой. Без новых и заново отредактированных стихотворений ни в коем случае нельзя издавать оба тома. Поэтому я и обращаюсь к Вам от своего имени и от имени моего товарища, но главным образом — от имени еврейской литературы и науки, которые нам всем так дороги, с большой просьбой не отказать мне в этом деле, и в тот же день, когда Вы получите это письмо, посадите переписчика, чтобы он скопировал все, что у Вас есть по этой теме. Постарайтесь также доставить нам скопированный материал как можно скорее. Вначале я думал, что задержусь в Москве до 14 числа этого месяца, но теперь вижу, что задержусь до следующего четверга (22 апреля). А раз так, у Вас будет достаточно времени, чтобы прислать мне все в Москву по адресу: Мыльников пер., д. 9, кв. 17.

Эту любезность я никогда не забуду. Вы это сделаете, не правда ли? Расходы за переписку и пересылку Вам оплатят мои верные друзья: Крейнин Меир (Мирон) Наумович Крейнин (1866–1939) — юрист, предприниматель. или кто‑нибудь из моих знакомых либо я сам расплачусь с Вашим посыльным.

Высокочтимый друг, не оттягивайте это дело, потому что кто знает, найдется ли еще более подходящий момент, чем сейчас.

А теперь еще одно дело. Я слышал о большой книге по истории еврейской литературы, которую Вы пишете по‑русски. Дорогой друг, разве сердце не подсказывает Вам, что было бы лучше и для книги, и для Вас, и для всего мира, если бы такая книга была написана и опубликована на иврите? Ладно, пусть и на русском, но обидеть иврит — клянусь жизнью! — это большой грех.

Я хочу сделать Вам одно предложение, а Вы сразу дайте свое согласие. Когда Вы будете писать эту книгу по‑русски, параллельно пишите ее — именно Вы, а не кто‑то другой — также и на иврите, и оба эти издания будут одновременно опубликованы издательством «Мория», которое станет Вашим издателем.

Вскоре мы переберемся в такое место, где сможем заново восстановить все разрушенное и вернуться к нашей работе. И тогда мы сразу приступим к набору и печатанию Вашей книги. Условия: 20% автору от цены, указанной на обложке, за счет гонорара. Вы сможете получить аванс, какой только пожелаете. Товарищ Крейнин, который в скором времени приедет в Петроград и с которым у нас есть разные дела, передаст Вам с моего счета известную сумму. Если Вы согласны, напишите в своем ответе «да», и дело сделано.

Дай Б‑г, чтобы я дождался копий стихов Шломо Ибн‑Гвироля и Вашего положительного ответа на мое предложение.

Закончу поздравлением с приближающимся праздником Имеется в виду Песах. .

Ваш друг Х.‑Н. Бялик.

 

 

БЯЛИК — С. Л. ЦИНБЕРГУ

Москва, 11 мая 1921 года

 

Дорогой друг, господин И. Цинберг!

Я получил пакет рукописей, которые Вы так любезно мне прислали. Моя радость беспредельна — примите же мою благодарность, которая тоже беспредельна. Нет никакого сомнения, что без присланных Вами дополнений издание оказалось бы ущербным. Буду премного благодарен, если Вы будете так добры и перешлете мне через посыльного также остальные исправления и дополнения к уже напечатанным стихотворениям, которые найдутся в рукописях.

Вчера я получил разрешение на выезд в Палестину для еврейских писателей из Одессы и полон радости. Завтра или в субботу мы выедем из Москвы и вполне возможно, что вернемся туда через три недели, когда будем выезжать из страны, потому что мы планируем ехать через Лифляндию.

Издательство «Мория» охотно возьмет на себя издание Вашей книги «История еврейской литературы». Я уполномочил нашего друга, господина Крейнина, вести с Вами переговоры по этому поводу. И, как я узнал от него, он уже выполнил мою просьбу. Во всяком случае еще есть время поговорить о разных мелочах. Но вообще Вы должны знать, что «Мория» будет издателем Вашей книги и позаботится о ее форме и совершенстве, как с внутренней стороны, так и с внешней.

С пожеланием мира и счастья, Ваш большой почитатель Х.‑Н. Бялик.

P.S. Как видно, по пути в Палестину я задержусь на два‑три месяца в Берлине, где Вы меня найдете Вместо запланированных двух‑трех месяцев Бялик задержался в Берлине на три года и переехал в Палестину в 1924 году. .

Авантитул сборника стихотворений Х.-Н. Бялика и автограф автора. Одесса: Мория, 1934

 

БЯЛИК — С. Л. ЦИНБЕРГУ

Берлин, 4 августа 1924 года

 

Мира Вам и счастья!

Я распорядился послать Вам первый том светских стихотворений Шломо Ибн‑Гвироля, который вышел из печати в начале лета, и уверен, что Вы получите его без всяких злоключений. Само собой разумеется, что мы многократно помянули Вас добрым словом как в предисловии, так и в примечаниях и в комментариях после основного текста — около каждого стихотворения из собрания Фирковича, которое Вы так любезно нам прислали. Вам несомненно будет приятно увидеть, что Ваша помощь была не напрасна, так же, как нам будет приятно выслушать Ваше мнение о нашей работе вообще и о примечаниях с исправлениями, которые Вы нам прислали, в частности.

Второй том литургических стихотворений тоже передан в печать в Палестине, и мы надеемся увидеть его напечатанным в конце лета. Мы были бы Вам очень признательны, если бы Вы не отказали нам в любезности прислать по нижеследующему адресу остальные стихотворения — как полные, так и фрагментарные, а также уже напечатанные старые и еще не опубликованные новые. Мы поместили бы их во втором томе от Вашего имени. То, что не относится к основному тексту, войдет в приложение. Этим Вы отдадите дань памяти гению среди поэтов Испании и сделаете доброе дело как для еврейской науки, так и для Ваших покорных слуг, составителей этой книги. Этот материал Вы можете прислать мне прямо на мое имя в Палестину, куда я вернусь через несколько дней, потому что здесь я нахожусь только временно в связи с моим лечением.

Не случалось ли Вам держать в руках сборник «Нир Давид» «Нир Давид» (ивр.) — «Давидова пашня». , посвященный юбилею копенгагенского ученого Давида Симонсена? Давид Симонсен (1853–1932) — ученый‑востоковед. Там я опубликовал найденные Вами шесть стихотворений [Ибн‑Гвироля], снабженных огласовкой, примечаниями, комментариями и некоторыми Вашими поправками. Конечно, я назвал Ваше имя как первооткрывателя этой драгоценной находки. И там же подробно рассказал о Вашей помощи.

А что теперь творит Б‑г с Вами? Я вспоминаю, что мы говорили относительно Вашей книги «История еврейской литературы». Закончили ли Вы уже эту работу? Есть ли у Вас ее перевод на иврит? Если да, может быть, Вы перешлете ее нам, и мы могли бы все обсудить.

Порой до нас доходят слухи о Вашей научной и литературной деятельности в Ленинграде, о чем свидетельствует Ваша статья в журнале «Еврейская мысль» Цинберг С. Л. Из неопубликованного дивана Шломо Ибн‑Гвироля // Еврейская мысль. 1922. № 1. С. 13–30. . Сам журнал я не видел. Точно так же мне до сих пор не удалось увидеть и сборник «Еврейская старина». Если Вы сможете прислать нам эти сборники или другие книги такого рода, которые посвящены еврейской науке и были опубликованы в течение последних трех лет, Вам это зачтется как большая мицва Мицва (ивр.) — заповедь; благодеяние. .

Желаю Вам и всем Вашим коллегам мира и счастья.

Ваш почитатель Х.‑Н. Бялик.

 

Мой постоянный адрес для писем и бандеролей: Палестина, Тель‑Авив, Х.‑Н. Бялику.

Поэт печали, гнева и любви
Хаим-Нахман Бялик – великий еврейский поэт и мыслитель, известный и популярный не только в еврейской среде. “Как все крупнейшие поэты, Бялик общечеловечен”, – сказал о нем М.Горький. “Имя Бялика, разумеется, было знакомо каждому образованному человеку в России, – писал в некрологе о нем Владислав Ходасевич. – Но знакомство это было довольно отдаленное, даже смутное. Бялика знали у нас по переводам, сделанным Вл. Жаботинским. Ряд его стихотворений был также переведен Вячеславом Ивановым, Федором Сологубом, Валерием Брюсовым и другими. При всех достоинствах этих переводов ими, конечно, не заменялось знакомство с подлинником. Далее

Поделиться

Анна Мисюк: «Книгу красивую по форме, но не интересную по содержанию мы не отметим»

Книжным ярмаркам и форумам приходится все труднее, даже когда их превращают в фестивали и праздники. Но тут надо спрашивать самих издателей. Кто пытался прочесть в электронной форме крупный текст, знает, что лучше все же взять в руки бумажную книгу. С другой стороны, красота и качество оформления начинают играть все большую роль, поскольку нынешняя стоимость книг такова, что, если уж вкладываешься в них, у тебя в руках должна быть настоящая драгоценность.

Литературное творчество как тикун. О возможном прочтении романа Ш.‑Й. Агнона «Путник, зашедший переночевать»

Приняв ту мысль, что идея о тикун лежит в основе романа и служит той канвой, по которой писатель вышивает разрозненные трагические эпизоды еврейских судеб, мы поймем мозаичность и статичность произведения. Ведь чем больше историй о бедствиях разных евреев расскажет нам Агнон, чем большему числу евреев мы вместе с ним посочувствуем, тем скорее воцарится гармония в мире, а значит, и в жизни евреев.

Реувен Намдар: «Я увлечен ивритом»

Однажды я проснулся и понял, что видел сон на английском языке, и это меня ужасно испугало, потому что я ощутил, что английский слишком глубоко проник в меня. Как еврейский писатель, я не мог этого допустить и с тех пор стараюсь не читать по‑английски, чтобы разделять мой язык ежедневного общения и язык моих мыслей, моей внутренней жизни. Иначе они смешаются, и я потеряю оба языка. А что это за писатель без языка?