Ла ба-Омер

Рабби Акива и восстание Бар-Кохбы

Ицхак Стрешинский 19 мая 2015
Поделиться

18 ияра, тридцать третий день счета омера (Лаг ба-омер), считается праздничной датой: согласно традиции в этот день закончилась эпидемия, от которой умерли 24 тыс. учеников рабби Акивы. Согласно Вавилонскому Талмуду (трактат Йевамот, 62б), они умирали в период с Песаха до Шавуота. Существует также мнение, что смерть учеников рабби Акивы имеет отношение к восстанию Бар-Кохбы — мощному антиримскому восстанию в Эрец-Исраэль в 132–135/136 годах. Так, из сообщения о смерти учеников рабби Акивы в послании рава Шриры Гаона (906? — 1006) можно понять, что они погибли от рук врагов. Можно предположить, что начиная с Лаг ба-омера ученики рабби Акивы перестали умирать (или погибать), потому что именно в этот период в войне наступил перелом и восставшие стали одерживать победы. Рассмотрим исторические и талмудические данные о восстании и о его связи с рабби Акивой. Одним из важных свидетельств об отношении рабби Акивы к предводителю восстания является сохранившееся в Иерусалимском Талмуде высказывание ученика рабби Акивы — рабби Шимона бар Йохая, годовщина смерти которого тоже отмечается в Лаг ба-омер.

Сандалии, найденные при раскопках культурного слоя, датируемого временем восстания Бар-Кохбы.
Иудейская пустыня. II век н. э.

Вначале попробуем подвести итог тому, что известно о восстании Бар-Кохбы на данный момент. В отличие от восстания Хасмонеев (о котором есть обширный материал в книгах Маккавеев) и от восстания против римлян (о котором писал Йосеф бен Матитьяу [Иосиф Флавий]), о восстании и его предводителе Бар-Кохбе сохранились весьма немногочленные сведения в еврейских источниках и у нееврейских авторов. Основным источником являются заметки греческого историка Диона Кассия (ок. 160 — после 229). Начиная с середины ХХ века были обнаружены многие документы и археологические находки, проливающие новый свет на личность Бар-Кохбы, на социальные и экономические условия, в которых проходило восстание.

Восстание было настоль­ко мощным, что для его подавления римлянам не хватило двух легионов, дислоцированных в Эрец-Ис­раэль, и сил, мобилизованных в соседних провинциях — Сирии, Аравии и Египте. После того как римский император Адриан осознал степень угрозы, он был вынужден вызвать из Дакии и Македонии, с Дуная, войска, во главе которых поставил самого способного из своих военачальников — Юлия Севера, в то время наместника Британии. У Диона Кассия есть данные о подготовке восстания на протяжении примерно двух лет. В частности, он сообщает, что евреи заняли несколько городов и укрепили их, возведя стены и прорыв подземные переходы. (Эти данные подтверждаются результатами археологиче­ских раскопок.) В свете последних исследований, непосредственной причиной начала восстания считают декрет Адриана, который по пути из Сирии в Египет в 129/130 годах велел построить на месте Иерусалима языческий город с храмом Юпитера. Этот город был назван Элия Капитолина — в честь самого императора и в честь Юпитера Капитолийского.

О личности предводителя восстания мы имеем более точные данные благодаря обнаруженным за последние шестьдесят лет документам, в том числе и письмам, им написанным. Его настоящее имя — Шимон бен Косева (бар Косева) или бен Косива (бар Косива). Арамейское слово “бар” означает “сын” (как и “бен” на иврите), и имя предводителя восстания встречается в документах в двух формах. Имя Бар-Кохба (в переводе с арамейского “сын звезды”) упоминается и в христианских источниках, в частности в хронике Евсевия. По-видимому, это имя отражает мессианские чаяния, являясь интерпретацией слов о звезде от Яакова (Бемидбар, 24:17). В талмудических источниках упоминается и имя бен (бар) Козева, и бен (бар) Козива. Некоторые исследователи считают, что это имя (которое можно перевести с арамейского как “сын лжи”) является оскорбительным, данным после поражения восстания и разочарования в его вожде. Однако вероятно, что речь идет о чередовании букв “самех” и “заин”, а имя указывает на происхождение из Козевы в Иудее. Как это принято в научных публикациях, мы будем называть предводителя восстания Бар-Кохбой, а при цитировании традиционных еврейских источников имя будет приведено в форме, в которой упомянуто в них.

Документы, обнаруженные в Иудейской пустыне в 1952–1961 годах, позволяют сделать вывод, что Бар-Кохба, носящий титул «наси», был руководителем армии и полновластным правителем находящейся под его контролем территории. Среди прочих сведений, имеющих большое значение для понимания социальных и экономических условий, в которых проходило восстание, есть информация и о соблюдении заповедей. Так, в письмах Бар-Кохбы упоминаются соблюдение субботы и «шмиты» (седьмой год), отделение десятины, а в одном из писем на арамейском языке он лично приказывает доставить в лагерь четыре вида растений, заповеданных в праздник Суккот.

По поводу территории, на которой проходило восстание, исследователи выдвигают разные версии, и нельзя однозначно решить, были ли охвачены восстанием Галилея и Заиорданье. Расходятся мнения и по поводу того, удалось ли воинам Бар-Кохбы овладеть Иерусалимом и возобновить служение на Храмовой горе. Отметим, что на отчеканенных во время восстания монетах упоминалось освобождение Иерусалима и были изображения Храма и храмовой утвари.

Восстание, по-видимому, продолжалась три с половиной года. Последним оплотом восставших стала крепость Бейтар в Иудейских горах. Евсевий сообщает, что Бейтар был осажден на 18 году правления Адриана, то есть в 134 году, и крепость пала после долгой осады, когда осажденные обессилели от голода и жажды. Кассий пишет, что Юлий Север сровнял с землею 50 наиважнейших мятежных крепостей и 985 поселений. Согласно приводимым им данным, в сражениях было убито 580 тыс. евреев, не считая множества погибших от голода, болезней и пожаров. Потери римлян также были очень велики, и свое послание к сенату Адриан не начал обычной формулой “Я и войска мои в добром здравии”. После подавления восстания начались жестокие преследования уцелевших евреев, многие были проданы в рабство; запрещено было исполнение многих заповедей и изучение Торы. Согласно талмудическим источникам, тогда были жестоко казнены мудрецы Торы, в том числе и рабби Акива.

Теперь, после краткого обзора того, что нам известно о восстании Бар-Кохбы, попробуем рассмотреть сообщения о нем в некоторых талмудических источниках. В Иеру­салимском Талмуде, в трактате Таанит (глава 4, алаха 5 в печатных изданиях; глава 4, алаха 8 в Лейденской рукописи) сказано: «Учил рабби Шимон бар Йохай: “Акива, мой учитель, толковал стих „Взошла звезда от Яако­ва“ (Бемидбар, 24:17) — и взошел Козева от Яакова”. Рабби Акива, когда видел бар Козеву, говорил: “Это — царь Машиах”. Сказал ему рабби Йоханан бен Торта: “Акива, вырастут сорняки на твоих щеках, но сын Давида все еще не придет”».

Рабби Акива толковал стих «Взошла звезда от Яакова и вознесся скипетр от Израиля» как повествующий о приходе Машиаха. Тема будущего Избавления занимала важное место в учении рабби Акивы. Так, в Мишне, в трактате Псахим (глава 10, мишна 6), приводятся мнения мудрецов по поводу того, каким благословением заканчивают чтение Пасхальной агады перед трапезой. Рабби Тарфон считает, что заканчивают благословение словами: «Освободивший нас и наших отцов из Египта», а рабби Акива считает, что нужно закончить словами: «И так же, Г-сподь, Б-г наш и Б-г наших отцов, дай нам дожить до других радостных дат и праздников, приближающихся нам навстречу на благо, — нас, радующихся восстановлению Твоего города и веселящихся в служении Тебе, — и будем там есть мясо жертв, принесенных Тебе, и мясо жертв Песах» и т. д. до слов «Благословен ты, Г-сподь, освободивший Израиль!» Если, по мнению рабби Тарфона, достаточно благодарить Всевышнего за освобождение из египетского рабства, то рабби Акива считал, что нужно молиться и о будущем Избавлении народа Израиля и восстановлении служения в Храме.

Почему Бар-Кохба удостоился того, что рабби Акива назвал его Машиахом? В агадических текстах упоминается о его невероятной физической силе, и в мидраше Эйха раба (2:4) это и называется причиной подобных слов. Можно предположить, что рабби Акива видел задачей Машиаха освобождение Эрец-Исраэль от римской власти и восстановление Храма, и когда, после тщательной подготовки и объединения народа под знаменем Бар-Кохбы, началось восстание и восставшие стали одерживать победы над римлянами, рабби Акива посчитал, что у Бар-Кохбы есть потенциал Машиаха. Отметим еще одну интересную деталь: на монетах Бар-Кохбы изображена связка из четырех видов растений, среди которых ветка мирта (адас) и ветка ивы (арава), что соответствует мнению рабби Акивы, высказанному в Мишне (трактат Сукка, глава 3, мишна 4). Из этого можно заключить, что восставшие считали рабби Акиву своим алахическим авторитетом.

Упомянем иные сообщения трактата Таанит о восстании Бар-Кохбы. Среди прочего читаем, что у бен Козевы было 200 тыс. солдат с отрубленным пальцем. Мудрецы спросили бен Козеву: «До каких пор ты будешь делать сынов Израиля ущербными?» На его вопрос: «А как еще можно проверить их мужество?» — мудрецы ответили: «Пусть тот, кто не сумеет на скаку вырвать ливанский кедр, не будет записан в твою армию». После этого в войске бен Козевы стало 200 тыс. солдат с отрубленными пальцами и 200 тыс., на скаку вырывающих кедр. Из этого эпизода следует, что предводитель восстания советовался с мудрецами, и когда они указали, что тот поступает неправильно, он последовал их совету.

Далее в трактате Таанит приведены слова, которые Бар-Кохба говорил, выходя на бой: «Властелин мира, не помогай и стыди нас, ведь “Ты покинул нас, Б-г, и не выходишь с войсками нашими”[1]». В источниках не сообщается, что рабби Акива прекратил поддерживать Бар-Кохбу из-за подобных высказываний. Конечно, такие слова можно расценить как высокомерие и чрезмерную уверенность в своих силах, но можно объяснить их желанием Бар-Кохбы пробудить в своих бойцах уверенность в собственных силах, стремление воевать, не надеясь на чудо. В пользу подобного объяснения приведем и тот довод, что, как уже сообщалось выше, из писем Бар-Кохбы следует, что он и его воины соблюдали заповеди даже в тяжелых военных условиях.

Далее в трактате Таанит следует рассказ об осаде и падении Бейтара. Адриан безуспешно осаждал Бейтар три с половиной года, и все это время рабби Эльазар а-Модаи ежедневно постился и ежедневно молился, чтобы Всевышний не вершил суд в этот день. Адриан уже собирался отступить, но тут один самаритянин сказал ему, что покажет, как взять крепость. Он проник в город, подошел к молившемуся рабби Эльазару а-Модаи и сделал вид, что что-то шепчет ему. Горожане увидели это, привели самаритянина к бен Козеве и сказали, что этот человек говорил с рабби Эльазаром, дядей бен Козевы. Тот спросил самаритянина, о чем он говорил с рабби Эльазаром, и самаритянин ответил, что рабби Эльазар хочет сдать город римлянам. Тогда бен Козева спросил рабби Эльазара, что шептал ему тот самаритянин и что он сам говорил ему; рабби Эльазар отвечал, что ни самаритянин, ни он сам ни о чем не говорили. Разгневанный бен Козева ударил ногой рабби Эльазара и убил его. После этого Бейтар был захвачен и бен Козева убит. Отметим, что на монетах Бар-Кохбы встречаются надписи, где упоминается священник (коен) Эльазар, и некоторые исследователи идентифицируют его с рабби Эльазаром а-Модаи. Далее сообщается, что когда Адриану принесли голову бен Козевы, император спросил, от чьей руки тот пал. Один самаритянин сказал, что убил он. Адриан велел показать тело бен Козевы. Когда самаритянин привел его к телу бен Козевы, Адриан увидел змея, обвивающего труп, и сказал: «Если бы Б-г не убил его, кто мог его убить!»

Серебряная тетрадрахма, отчеканенная в период восстания Бар-Кохбы.
Эрец Исраэль. 134–135 годы н. э.

 

В Вавилонском Талмуде (Сангедрин, 93б) есть такое упоминание: «Бар-Козива царствовал два с половиной года. Он сказал мудрецам: “Я — Машиах!” Они ответили ему: “Про Машиаха написано, что он судит нюхом (чутьем), посмотрим, таков ли этот”. Когда же увидели, что он не судит чутьем (нюхом), — убили его». Такое расхождение в описании одних и тех же событий можно, на мой взгляд, объяснить тем, что мудрецы двух Талмудов хотели выразить разные идеи. Так, мудрецы Эрец-Исраэль, слова которых приведены в Иерусалимском Талмуде, ставили своей целью сообщить об известных им исторических фактах и, судя по всему, относились к восстанию положительно. Из слов же мудрецов, мнение которых приведено в Вавилонском Талмуде, можно понять, что они относились к восстанию отрицательно и целью их высказывания была в первую очередь критика Бар-Кохбы, который не мог внутренним чутьем распознать людей, понять, кто прав и кто виноват. Если так, то высказывание, приведенное в трактате Сангедрин Вавилонского Талмуда, фактически передает смысл истории гибели рабби Эльазара а-Модаи, описанной в трактате Таанит Иерусалимского Талмуда.

Существуют разные мнения по поводу того, выражала ли упомянутая поддержка Бар-Кохбы рабби Акивой мнение большинства мудрецов — современников восстания. Можно предположить, что без поддержки мудрецов широкие массы народа не пошли бы за Бар-Кохбой, и восстание не было бы таким мощным. О рабби Йоханане бен Торта, представленном в Иерусалимском Талмуде в качестве оппонента рабби Акивы, в талмудических источниках почти нет информации, и, судя по всему, его статус несравним со статусом рабби Акивы. Рабби Моше бен Маймон (Рамбам; 1138–1204) считал, что мнение других мудрецов того поколения о Бар-Кохбе совпадало с мнением рабби Акивы. Он так писал об этом в своем труде Мишне Тора: «Да не придет тебе в голову, что царь Машиах должен творить чудеса и знамения, изменять законы этого мира или воскрешать мертвых и делать иные подобные вещи, как утверждают глупцы. Это неверно, так как рабби Акива, величайший из мудрецов Мишны, был оруженосцем царя бен Козевы и говорил о нем, что он — царь Машиах. И полагал он, и все мудрецы его поколения, что он — царь Машиах, пока тот не погиб из-за грехов. Так как он погиб — стало известно, что он не Машиах. И не просили от него мудрецы ни чудес, ни знамений» (Законы царей, 11:3).

Рамбам использует поддержку рабби Акивой Бар-Кохбы, когда формулирует законы Машиаха, в которых, среди прочего, высказывает мнение, что Машиах не должен творить чудеса. А называя рабби Акиву «оруженосцем Бар-Кохбы», Рамбам, возможно, основывается на каких-то не дошедших до нас источниках.

Восстание Бар-Кохбы было потоплено в крови, и мечты рабби Акивы об Избавлении в том поколении не осуществились. Но, возможно, та попытка отстоять веру отцов и возродить свою независимость дала еврейскому народу силы, которые позволили ему продолжать существование в длительном изгнании, пережить преследования и погромы и вновь начать борьбу за возрождение народа и за Иерусалим. Рабби Акива видел тогда не только сиюминутную реальность, но и смотрел в будущее. В широко известной истории, описанной в Вавилонском Талмуде в трактате Макот (24б) и в мидрашах, рассказывается, как рабби Акива, раббан Гамлиэль, рабби Йеошуа и рабби Эльазар бен Азарья пришли в разрушенный Иерусалим. Дойдя до горы Цофим, они разодрали одежды свои, а на Храмовой горе увидели лисицу, выходящую из развалин Святая святых. Мудрецы начали плакать, а рабби Акива рассмеялся. Когда его спросили, почему он смеется, рабби Акива ответил, что сказано: «И я взял себе верных свидетелей, Урию священника и Зхарью, сына Йеверехьяу» (Йешаяу, 8:2). Что имеют общего Урия и Зхарья? Урия сказал: «Сион распахан будет, как поле, и Иерусалим будет грудою развалин, а Храмовая гора — лесным холмом» (Ирмеяу, 26:18). А Зхарья сказал: «Так сказал Б-г Воинств: еще будут сидеть старики и старухи на улицах в Иерусалиме, каждый с посохом своим в руке его — от глубокой старости. И улицы города наполнятся мальчиками и девочками, играющими на его улицах» (Зхарья, 8:4-5). Рабби Акива сказал, что если сбылись слова Урии, то сбудутся и слова Зхарьи. И теперь, когда осуществилось пророчество Урии, он рад, что осуществится и пророчество Зхарьи. Хотя перед глазами рабби Акивы были развалины, он уже видел отстроенный Иерусалим, те иерусалимские улицы, которые стали такими привычными для многих из нас.

(Опубликовано в №229, май 2011)

Поделиться