Неразрезанные страницы

Уроки лидерства

Джонатан Сакс. Перевод с английского Олега Алякринского 4 августа 2010
Поделиться

Издательство «Книжники» готовит к выходу в свет книгу известного религиозного деятеля, философа и писателя, раввина Джонатана Сакса. Предлагаем вниманию читателей фрагменты будущего издания.

Недельная глава «Шмот».
Женщины‑лидеры

Глава «Шмот» могла бы называться «Рождение лидера». Мы видим, как Моше, усыновленный дочерью фараона, становится египетским вельможей. Мы видим его юношей, который впервые осознает, кто он на самом деле. Он знает, что принадлежит к порабощенному и страдающему народу: «Когда Моше вырос, он пришел к своим соплеменникам и увидел их тяжкий труд. Однажды увидел он, как египтянин бьет его соплеменника‑еврея» (Шмот, 2:11).

Он вмешивается. Он действует — и это признак истинного лидера. Мы видим, как он трижды вмешивается — дважды в Египте и один раз в Мидии, чтобы спасти людей от насилия. И затем мы становимся свидетелями важнейшей сцены у горящего куста, где Б‑г призывает его стать лидером и вывести свой народ к свободе. Моше четыре раза выражает свои сомнения, навлекает на себя гнев Б‑га и в итоге понимает, что у него нет иного выбора. Перед нами классический рассказ о юности героя.

Но это лишь внешний, сюжетный слой. Тора — книга глубокая и тонкая, и в ней важные мысли не всегда лежат на поверхности. Далее мы обнаруживаем другую, куда более примечательную историю, но не о главном герое, а о шести героинях, шести мужественных женщинах, без которых не было бы никакого Моше.

Первая из них — Йохевед, жена Амрама, мать троих детей, которым было суждено стать великими лидерами евреев: Мирьям, Аарона и самого Моше. Это Йохевед в самый разгар преследований со стороны египетских властей имела мужество, родив мальчика, прятать его три месяца, а затем — разработать план его спасения. Нам мало что известно о Йохевед. Впервые она появляется в Торе безымянной. Но, читая повествование, мы не сомневаемся в ее мужестве и находчивости. И вовсе не случайно все ее дети становятся лидерами.

Йохевед.Симеон Соломон.1858–1872

Вторая — это Мирьям, дочь Йохевед, старшая сестра Моше. Это она сторожила ребенка, пока ковчег плыл по реке, она обратилась к дочери фараона с предложением, чтобы младенца воспитали вместе с его соплеменниками. Библейский текст изображает молодую Мирьям личностью, обладающей потрясающим бесстрашием и присутствием духа. Раввинистическая традиция идет еще дальше. В мидраше мы читаем о том, как молодая Мирьям осмелилась возразить своему отцу Амраму и переубедила его. Узнав об указе, по которому каждый еврейский младенец мужского пола должен быть утоплен в реке, Амрам уговорил евреев не спать со своими женами, чтобы те больше не рожали детей. В этом была своя логика. Какой смысл зачинать ребенка, если существовала пятидесятипроцентная вероятность, что младенца убьют при рождении? Но Мирьям, как говорит устная традиция, ему возразила. «Твое повеление, — заявила она, — еще хуже, чем у фараона! Его повеление касается мальчиков, а твое — всех! Его повеление лишает детей жизни только в этом мире, а твое лишает их жизни даже в загробном мире». Амрам уступил, и в результате родился Моше Шмот раба, 1:13.
. Вера Мирьям была сильнее, чем вера ее отца.

Третья и четвертая были повитухи, Шифра и Пуа, сорвавшие предпринятую фараоном первую попытку геноцида. Они получили приказ убить всех новорожденных евреев‑мальчиков, но они его не выполнили: «…повитухи боялись Б‑га. И они не делали так, как говорил им властелин Египта, они оставляли детей в живых» (Шмот, 1:17). Вызванные к фараону и обвиненные в неповиновении, они перехитрили его, придумав легенду: еврейские женщины, сказали они, очень крепки и рожают прежде, чем к ним прибудут повитухи. Так они избежали наказания, спасая младенцев.

Идея моральных пределов власти — величайший вклад иудаизма в человеческую цивилизацию. Бывают приказы, которые не следует выполнять. Бывают преступления против человечества, участие в которых нельзя оправдать словами «Я лишь исполнял приказы». Концепция гражданского неповиновения обычно приписывается американскому писателю XIX века Генри Дэвиду Торо. Она стала широко известна после Холокоста и Нюрнбергского процесса. Впрочем, первоначальный источник мы находим в древнем тексте, повествующем о деяниях двух женщин, Шифры и Пуа. Своим неоцененным мужеством они заслужили себе место среди героев мировой истории; их пример учит нас поступать по совести, а не быть конформистами и отдавать предпочтение принципам справедливости, а не законам государства Есть еще, конечно, и мидраши, утверждающие, что Шифра и Пуа были другими именами Йохевед и Мирьям (Сота, 11б). В своем тексте я следую за интерпретацией, которую дали рабби Ицхак Абарбанель и рабби Моше‑Хаим Луццато.
.

Пятая — Ципора, жена Моше. Дочь мидьянского священника, она тем не менее твердо решила быть вместе с Моше во время его опасной миссии в Египте, несмотря на то что у нее не было причин рисковать своей жизнью. В одном весьма загадочном фрагменте мы видим, что именно она спасла Моше жизнь, совершив обрезание их сыну (Шмот, 4:24–26). У нас возникает стойкое впечатление о ней как об очень решительной женщине, как о человеке, который в критический момент проявляет большее, нежели Моше, понимание того, что от них требует Г‑сподь.

И наконец, самая интригующая из всех героиня — дочь фараона. Ей хватило мужества спасти еврейского младенца и воспитать его как собственного сына в том самом дворце, в котором ее отец замышлял уничтожение еврейского народа. Можем ли мы вообразить себе дочь Гитлера, Эйхмана или Сталина, совершающую нечто подобное? Есть нечто одновременно героическое и трогательное в этом персонаже второго плана, в этой женщине, давшей Моше его имя.

Кто же она? Тора даже не называет ее имени. Однако в первой книге Диврей а‑ямим (4:18) говорится о дочери фараона по имени Битья, и именно ее мудрецы называют женщиной, спасшей Моше. Имя Битья (иногда оно имеет форму Батья) означает «дочь Б‑га». Из этого мудрецы извлекли один из самых своих поразительных уроков: «И сказал Г‑сподь, будь Он благословен: “Ты назвала Моше сыном, хотя он не был твоим сыном; Я назову тебя своей дочерью, хотя ты и не Моя дочь”» Ваикра раба, 1:3.
. Мудрецы добавляют, что она была одной из немногих столь праведных женщин, что вошли в рай при жизни Дерех эрец зута, 1.
. Еврейская традиция знает всего девять таких женщин.

Итак на первый взгляд эта глава рассказывает о становлении лидерских качеств одного удивительного человека, но с основной линией сюжета сплетается повествование о шести неординарных женщинах, без которых не было бы Моше. Они являются частью длинной череды сильных женщин еврейской истории, тянущейся от Дворы, Ханы, Рут и Эстер в Библии к современным женщинам еврейской религии вроде Сары Шенирер и Нехамы Лейбович, а также к светским героиням — таким как Анна Франк, Хана Сенеш и Голда Меир.

Почему же тогда, если женщины столь мощно проявляют себя в качестве лидеров, они были лишены еврейским законом лидерских ролей? Если взглянуть внимательнее, мы увидим, что женщины исторически не имели права входа в две сферы жизни. Одна — «венец священства», история которой восходит к Аарону и его сыновьям. Другая — «венец царства»; эта линия тянется от Давида и его сыновей. В обеих этих сферах действует принцип династической преемственности. Но из третьей важнейшей области, которая называется «венец Торы», женщины не были исключены. В нашей истории были и пророчицы, а не только пророки. Мудрецы насчитывают таких семь (Мегила, 14a). Были выдающиеся женщины — толковательницы Торы начиная с периода Мишны (Брурья, Има Шалом) и до сегодняшнего дня.

Сделаем одно общее различение. Рабби Элияу Бакши‑Дорон в своих респонсах «Биньян ав» говорит о различии между формальной или официальной властью и реальным лидерством Рабби Элияу Бакши‑Дорон. Биньян ав // Иерусалим: Институт Биньян Ав, 2009. № 65. . Есть люди, занимающие властные должности — премьер‑министры, президенты, генеральные директора, — которые, возможно, никакими лидерами и не являются. Они могут обладать властью заставлять людей делать то, что они прикажут, но у них нет последователей. Они не вызывают всеобщего восторга. Они не вдохновляют на великие дела. И могут быть лидеры, не занимающие никаких официальных должностей, но такие, с которыми советуются. Они обладают не властью, но огромным влиянием. Израильские пророки принадлежат именно к этой категории. Такими же зачастую были и великие мудрецы в каждом поколении. Ни Раши, ни Рамбам не занимали никаких официальных постов (некоторые исследователи полагают, что Рамбам был главным раввином Египта, но большинство считает, что сам он не был, а были его потомки). Когда лидерство зависит от личностных качеств — того, что Макс Вебер называл «властью харизмы», — а не от должности или звания, тогда нет различия между мужчинами и женщинами.

Йохевед, Мирьям, Шифра, Пуа, Ципора или Битья были лидерами не потому, что занимали какие‑то официальные посты (случай с Битьей иной: она была лидером вопреки тому, что была принцессой Египта). Они были лидерами, потому что обладали мужеством и совестью. Они не отступили перед авторитетом властителей и силой обстоятельств. Они и были настоящими героинями книги Шмот. И их мужество до сих пор служит для нас источником вдохновения.

Недельная глава «Ваэра».
Преодолеть неудачи

Поначалу казалось, что миссии Моше сопутствует успех. Он опасался, что народ не поверит в него; тогда Б‑г показал ему возможность творить чудеса, побудив к действию, и приказал рассказать его брату Аарону о полученном повелении и чудесах. Моше творил чудеса перед глазами народа, и народ поверил ему. «Когда они убедились, что Г‑сподь вспомнил о сынах Израиля и увидел страдания их, то склонились и простерлись ниц» (Шмот, 4:30–31).

Но потом все пошло не так. Первое появление Моше перед фараоном имело катастрофические последствия. Фараон отказался признать Г‑спода. Он отверг просьбу Моше позволить его народу уйти в пустыню. Он усугубил тяготы жизни евреев. Они отныне должны были не только изготавливать свою норму кирпичей, но еще и сами собирать солому. И люди восстали против Моше и Аарона: «Пусть увидит Г‑сподь ваши [дела] и накажет вас! Из‑за вас фараон и его слуги духа нашего не переносят. Это вы дали им повод расправиться с нами!» (Шмот, 5:21).

Моше и Аарон вернулись к фараону с повторной просьбой. Они явили знамение — обратили посох в змея, — но на фараона это не произвело никакого впечатления. Его чародеи были способны сделать то же самое. Тогда они наслали первую казнь — и вновь фараон остался неколебим. Он не отпустил народ Израиля. И так было девять раз. Моше делал все, что было в его силах, и обнаружил, что ничто не возымело действия. Евреи по‑прежнему остались в рабстве.

Моше и Аарон у фараона Миниатюра из «Золотой агады». Каталония, 1320

Мы чувствуем, под каким давлением находится Моше. После первой неудачи, в конце главы «Шмот», он обращается к Б‑гу и горько стенает: «О Г‑сподь! Зачем Ты навел беду на этот народ? Зачем только Ты послал меня [к нему]? Ведь с тех пор, как я пришел к фараону, чтобы говорить от Твоего имени, только хуже стало этому народу. А Ты так и не избавил народ Свой!» (Шмот, 5:22–23). В главе «Ваэра», хотя Б‑г и заверил, что в конечном счете Моше ждет успех, он отвечает: «Сыны Израиля не слушают меня — как же послушает меня фараон? Ведь я косноязычен!» (Шмот, 6:12).

Тут содержится важная мысль. Лидерство часто сопряжено с неудачами. Ранним импрессионистам пришлось самим хлопотать об организации своей выставки, потому что их работы отвергали парижские салоны. Первая постановка «Весны священной» Стравинского вызвала возмущение — зрители встретили балет улюлюканьем и гулом неодобрения. Ван Гог при жизни продал только одно полотно, хотя его брат Теодор был известным торговцем картинами.

Так и с лидерами. Комментируя главу «Ваишлах», мы уже отмечали, что Линкольн и Черчилль сталкивались с бесчисленными неудачами и в отдельные периоды были чрезвычайно непопулярны. Мечта Ганди объединить мусульман и индуистов в единую нацию потерпела крах. Нельсон Мандела провел двадцать семь лет в тюрьме по обвинению в государственной измене и считался опасным смутьяном. Только в исторической перспективе их деяния представляются героическими, только оглянувшись назад, мы видим, что пережитые ими неудачи были вехами на пути к триумфу.

В нашем анализе главы «Вайеце» мы видели, что на всяком поприще, высоком или низком, религиозном или светском, лидеры проходят испытание не успехами, а поражениями. Иногда победа дается довольно легко. Обстоятельства — экономические, политические или психологические — могут оказаться благоприятными для нее. В условиях экономического бума бизнес процветает. В первые месяцы после всеобщих выборов победитель обладает имиджем успешного политика. В первый год после свадьбы большинство браков оказываются счастливыми. Для успеха в благоприятное время особых талантов не требуется.

Но потом климат меняется. Вообще‑то он всегда меняется. Вот тогда многие браки, бизнесы и политики терпят крах. Бывают времена, когда даже величайшие люди спотыкаются. В такие моменты характер человека проходит проверку на крепость. Великие люди — не те, кто никогда не терпит неудач. А те, кто способен пережить неудачи, кто продолжает идти вперед, кто отказывается быть побежденным, кто никогда не сдается и не смиряется. Они не оставляют попыток. Они учатся на своих ошибках. Они считают неудачи полезными для опыта. И всякий раз, отказываясь признать поражение, они становятся сильнее, мудрее и решительнее. В этом смысл жизнеописания Моше в главах «Шмот» и «Ваэра».

Джим Коллинз, один из выдающихся экспертов по лидерству, удачно это сформулировал:

 

Важнейший признак истинно великого человека в отличие от просто удачливого — не отсутствие трудностей, но способность после отступлений, даже после жестоких катастроф, становиться сильнее, чем прежде… Дорогу из тьмы осиливают те невероятно упрямые индивидуумы, которые по самой своей природе не склонны к капитуляции. Одно дело переживать сокрушительное поражение… и совсем другое дело — отказываться от ценностей и устремлений, которые наполняют смыслом затяжную борьбу. Поражение — не столько физическое состояние, сколько душевное переживание; успех — это падение и снова подъем, и так до бесконечности Collins J. How the Mighty Fall: And Why Some Companies Never Give In. New York: Harper Collins, 2009. P. 123.
.

 

Рабби Ицхак Хутнер однажды написал проникновенное письмо своему ученику, который был обескуражен несколькими неудачами в овладении талмудическими знаниями:

 

Неудачи, которые переживают многие из нас, случаются, когда мы уделяем слишком большое внимание достижениям великих людей. Мы рассуждаем, каким образом они смогли добиться столь полного знания в той или иной области, но забываем упомянуть о внутренней борьбе, которая прежде раздирала их изнутри. Со стороны можно подумать, будто эти люди выпорхнули из рук Создателя в состоянии совершенства…

В результате подобных размышлений амбициозный молодой человек, исполненный моральной силы и энтузиазма, встречая на своем пути препятствия и овраги, попадая то и дело на зыбкую почву, воображает, что он недостоин быть «насажденным в доме Г‑споднем» (Теилим, 92:14)…

Однако знай, мой дорогой друг, что твоя душа не пребывает в спокойствии благих намерений, но сражается в битве на стороне добра… Здесь уместно вспомнить известный афоризм: «Проиграй битву, но выиграй войну». Разумеется, ты споткнулся и вновь споткнешься, и во многих грядущих битвах ты получишь много ран. Тем не менее уверяю тебя, что после всех проигранных сражений ты вернешься с войны в лавровом венке победителя… Мудрейший из мудрейших сказал: «Семь раз упадет праведник и встанет» (Мишлей, 24:16). Глупцы считают, что предназначение этого стиха — научить нас, что праведник падает семь раз, но, несмотря на это, снова поднимается. Но мудрые знают, что суть тут иная: праведник встает именно потому, что он до этого упал семь раз Рабби Ицхак Хутнер. Сефер пахад Ицхак: Игрот у‑Ктувим // Гур‑Арье, Бруклин, 1981. № 128. С. 217–218.
.

 

Мысль рабби Хутнера в том, что величия нельзя достичь без поражений. Есть вершины, до которых человек не может добраться, не сорвавшись ни разу вниз.

Многие годы на моем письменном столе лежала карточка с изречением 30‑го президента США Калвина Кулиджа, которую мне прислал друг, знавший, как легко человек может утратить решимость. Вот это изречение:

«Ничто в этом мире не может заменить упорства. Не заменит его талант, ибо нет ничего более обычного, чем талантливые неудачники. Не заменит упорства гениальность. Ведь непризнанный гений — самое обычное дело. И не заменит его образование: в мире полно образованных голодранцев. Всесильны только упорство и решимость».

Я бы только добавил: «И Б‑жья помощь».

Б‑г никогда не теряет веры в нас, даже если иногда мы теряем веру в себя.

А пример для подражания — это Моше, который, невзирая на все неудачи, описанные в главах «Шмот» и «Ваэра», в конечном счете стал тем, о ком было сказано: «…сто двадцать лет, когда он умер; [до самой смерти] его зрение не ослабевало, а его силы не истощались» (Дварим, 34:7).

Поражения, промедления и разочарования болезненны. Они причиняли боль даже Моше. Поэтому, если временами мы чувствуем себя обескураженными или деморализованными, важно помнить, что даже великие терпели поражения. Но они продолжали идти вперед — это и делало их великими. Дорога к успеху проходит через многие долины неудач. И другого пути нет.

Недельная глава «Бо».
Далекий горизонт

Чтобы усвоить глубокий смысл уникального урока о лидерстве в главе «Бо», я часто прошу аудиторию провести мысленный эксперимент. Представьте себя лидером народа, который более двух веков страдал на чужбине, находился в рабстве и подвергался угнетению. Но вот, после серии чудес, его ожидает свобода. Вы собираете людей и намерены выступить перед ними с речью. Они стоят в ожидании ваших слов. Это решающий момент, который они никогда не забудут. О чем вы станете с ними говорить?

Большинство скажет: о свободе. Таково было решение Авраама Линкольна, когда в Геттисбергской речи он вспомнил «о новой нации, выросшей в условиях свободы» и обратил свой взор к «новому возрождению свободы» Из речи Авраама Линкольна в Геттисберге в ноябре 1863 года.
. Кто‑то предположит, что нужно вдохновить народ рассуждениями о лежащей впереди «земле, где текут молочные и медовые реки». А другие скажут, что они предупредили бы людей об опасностях, которые ожидают их на «долгом пути к свободе», по выражению Нельсона Манделы Mandela N. Long Walk to Freedom: The Autobiography of Nelson Mandela. New York: Back Bay Books, 1995. .

Все эти слова могли бы стать частью великой речи великого лидера. Ведомый Б‑гом, Моше ничего подобного не совершает. Это то, что делает его лидерство необычным. Если вы внимательно перечитаете текст главы «Бо», вы заметите, что он трижды обращается к одной и той же теме: дети, обучение и отдаленное будущее.

«Когда спросят вас ваши дети: “Что это за служение у вас?” — ответьте им: “Это пасхальная жертва Г‑споду, ибо Он миновал дома сынов Израиля в Египте — поразил египтян, а наши дома спас”» (Шмот, 12:26–27).

«Сыну своему в тот день скажи: “Вот ради чего сотворил со мной Г‑сподь [чудеса], когда я уходил из Египта”» (Шмот, 13:8).

«Если завтра твой сын спросит тебя: “Что это значит?” — то ответь ему: “Силой руки Своей вывел нас Г‑сподь из Египта, из дома рабства”» (Шмот, 13:14).

Это одно из наиболее парадоксальных деяний в истории лидерства. Моше не говорит о дне сегодняшнем или завтрашнем. Он говорит об отдаленном будущем и о долге родителей обучать своих детей. Он даже указывает, что мы должны поощрять наших детей задавать вопросы, чтобы сохранение еврейской традиции было результатом не зубрежки и начетничества, а активного диалога родителей с детьми.

Так, евреи стали единственным в истории народом, поставившим само свое существование в зависимость от обучения. Самый священный долг родителей — обучать своих детей. Песах превратился в нескончаемый семинар по передаче национальной памяти. Иудаизм стал религией, чьи герои были учителями и чьим призванием были учеба и интеллектуальная жизнь. Жители Месопотамии строили зиккураты. Египтяне — пирамиды. Греки возвели Парфенон. Римляне — Колизей. А евреи создавали школы. Вот почему они — единственная из цивилизаций Древнего мира — все еще живы и сильны, все еще продолжают оставаться верны призванию своих предков, сохраняя в целости и сохранности свое наследие.

Рав Аше, глава Еврейской академии в Суре,во время лекции. V век. Вавилония. Бет А‑тфуцот, Тель‑Авив.

Моше обладал силой глубокого прозрения. Он понимал, что изменение мира не должно ограничиваться одним лишь внешним обликом. Для этого недостаточно великих архитекторов, сильных армий и могучих империй. Много империй возникло и исчезло, а человеческий удел так и остался неизменным.

Есть лишь один способ изменить мир — образование. Детям следует объяснять важность принципов справедливости, необходимость праведности, доброты и сострадания. Они должны знать, что свободу можно сохранить лишь с помощью законов и навыков самоограничения. Им следует неустанно напоминать об уроках истории. Мы были в рабстве у египтян, и те, кто забывает о горестях рабства, в конце концов утрачивают преданность делу свободы и мужество сражаться за нее. В детях следует развивать умение задавать вопросы, сомневаться и спорить. Детей следует уважать, если мы желаем, чтобы они уважали ценности, которые мы собираемся им привить.

Вот урок, который многие культуры не сумели выучить даже по прошествии трех тысячелетий. Революции, бунты и гражданские войны все еще случаются, и люди пребывают в уверенности, что свержение тирана или демократические выборы позволят покончить с коррупцией, обрести свободу и построить правовое государство, живущее по закону. И всякий раз люди бывают удивлены и разочарованы, когда этого не происходит, а происходит лишь смена лиц в коридорах власти.

В одной из величайших речей ХХ века выдающийся американский судья Лернед Хэнд сказал: «Я часто удивляюсь, не слишком ли много надежд мы возлагаем на конституции, законы и суды. Это ложные надежды. Поверьте мне, это ложные надежды. Свобода живет в сердцах людей; и когда она умирает в них, ни конституция, ни закон, ни суд не могут ее оживить — ни конституция, ни закон, ни суд не могут даже ничем ей помочь» Из речи Лернеда Хэнда «The Spirit of Liberty», произнесенной в Центральном парке Нью‑Йорка в мае 1944 года.
.

Б‑г научил Моше, что главное испытание не в том, чтобы обрести свободу; главное — надежно ее сохранить, поддержать неугасимый дух свободы в сердцах следующих поколений. А этого можно добиться только непрерывной учебой. Причем обязанность обучать нельзя делегировать учителям и школе. Обучение должно происходить в семье, дома, и это должна быть та святая обязанность, которая происходит из религиозного долга. И никто этого никогда не понимал яснее, чем Моше, и лишь благодаря его учению евреи и иудаизм выжили.

Лидеры становятся великими благодаря умению провидеть далеко вперед, думая не о дне завтрашнем, но о следующем годе, о следующем десятилетии, о следующем поколении. В одной из лучших речей Роберт Ф. Кеннеди говорил о могучей способности лидеров изменять мир, когда у них есть четкое видение возможного будущего:

«Кое‑кто считает, что в одиночку любой из нас бессилен против огромного сонма язв мира — невзгод, невежества, несправедливости и насилия. Но многие величайшие в истории движения, идеологии и свершения были плодом усилий одного человека. Молодой монах положил начало протестантской Реформации, молодой военачальник построил империю от родной Македонии до Индии, а молодая женщина освободила Францию. Молодой итальянский мореплаватель открыл Новый Свет, а тридцатидвухлетний Томас Джефферсон провозгласил, что все люди созданы равными. “Дайте мне точку опоры, и я переверну землю”, — сказал Архимед. Все эти люди перевернули мир, и мы можем сделать то же самое» The Kennedys: America’s Front Page Family // The Poynter Institute. Kansas City MO: Andrews McMeel, 2010. P. 112.
.

Лидеры‑визионеры создали тексты и ткань иудаизма. В книге Мишлей (29:18) сказано: «Без откровений свыше народ необуздан». Это предвидение, которым обладали пророки, всегда касалось далекого будущего. Б‑г сказал Йехезкелю, что пророк — это страж, который восходит на наблюдательный пункт и может увидеть опасность вдалеке, прежде чем ее заметит кто‑либо из стоящих внизу (Йехезкель, 33:1–6). Мудрецы говорят: «Кто мудр? Тот, кто видит далекие последствия» (Тамид, 32a). Два великих лидера ХХ века, Черчилль и Бен‑Гурион, были также и выдающимися историками. Зная прошлое, они могли предвидеть будущее. Они были подобны шахматистам, которые, изучив тысячи партий, почти мгновенно замечали риски и возможности на доске. Они заранее знали, что произойдет после того или иного хода.

Если вы хотите быть лидером, от премьер‑министра до родителя, очень важно уметь проявлять дальновидность. Никогда не выбирайте легкого решения только потому, что оно простое, быстрое или дает немедленный результат. В конечном счете вы заплатите за него очень высокую цену.

Моше был величайшим лидером, потому что умел мыслить на дальнюю перспективу — дальше других. Он знал, что подлинные перемены в поведении людей — результат работы многих поколений. Поэтому мы должны сделать своим высшим приоритетом обучение детей нашим идеалам, так чтобы они продолжили наши начинания, пока мир не изменится оттого, что мы сами изменились. Он знал: если планируешь на год вперед, сей рис. Если планируешь на десятилетие вперед, сажай дерево. Если планируешь на поколение вперед, обучай своего ребенка Изречение приписывается Конфуцию. . Уроки Моше все еще актуальны и сегодня, тридцать три столетия спустя.

Недельная глава «Бешалах».
Устремляя взгляд к небесам

Евреи перешли Красное море. Свершилось невозможное. Самая сильная армия Древнего мира, египтяне с их колесницами, была повержена и утонула. Народ обрел свободу. Но передышка оказалась короткой. Почти сразу же евреи подверглись нападению амалекитян, им пришлось вступить в бой, и на сей раз Г‑сподь не помогал им явными чудесами. Тем не менее они одержали победу. Это был поворотный пункт не только в истории народа Израиля, но и в судьбе Моше как лидера.

Контраст между битвой с амалекитянами и произошедшим в Красном море был разительным. Перед лицом приближающегося египетского войска Моше сказал народу: «Не бойтесь! Стойте и смотрите, как Г‑сподь спасет вас сегодня. Египтян, которых вы видите ныне, вы больше не увидите никогда. Г‑сподь будет воевать за вас, а вы должны хранить молчание» (Шмот, 14:13). Другими словами, Моше обещал, что Г‑сподь сделает все сам. И Он сделал.

В эпизоде с амалекитянами, однако, Моше сказал Йеошуа: «Отбери нам воинов и иди, сразись с Амалеком» (Шмот, 17:9). Йеошуа так и поступил, и евреи вступили в бой. Это был грандиозный переход: народ Израиля ушел от ситуации, в которой лидер (с Б‑жьей помощью) принимает на себя бремя действия на благо народа, и оказался в ситуации, в которой лидер подвигает народ к самостоятельному действию.

После этого Тора обращает наше внимание на одну деталь. В начале сражения Моше с посохом Б‑жьим в руке восходит на вершину горы, с которой открывается вид на поле битвы. «И всякий раз, когда Моше поднимал руку, одолевал Израиль, а когда он опускал руку, одолевал Амалек. Когда руки Моше устали, то принесли камень и положили, и Моше сел на камень, а Аарон и Хур поддерживали его руки с двух сторон — и до захода солнца его руки уже не опускались» (Шмот, 17:11–12).

Что же здесь происходит? Этот фрагмент допускает двоякое прочтение. Посох в руке Моше, с помощью которого он творил чудеса в Египте и у моря, может быть признаком того, что победа евреев была чудом. Либо же он мог просто служить израильтянам напоминанием, что Б‑г с ними, стимулом, который придавал им сил.

Победа, о Г‑споди! Джон Эверетт Милле. 1871

Очень необычно то, что Мишна, которая в большей степени формулирует законы, а не просто комментирует Писание, дает ответ на этот вопрос: «Разве руки Моше побеждают в войне или проигрывают войну? Но говорится тебе, что все время, когда Израиль обращал взоры ввысь и подчинял свои сердца Отцу своему, Который на Небесах, он побеждал, а в противном случае терпел поражение» (Мишна, Рош а‑Шана, 3:8). Смысл этой мишны ясен. Ни посох, ни воздетые вверх руки Моше не сотворили чуда. Они просто напомнили израильтянам о необходимости обратить взгляды в сторону горы и не забывать, что Б‑г всегда с ними. Это придавало им уверенности и воли к победе.

Здесь мы подходим к фундаментальному признаку лидерства. Лидер обязан воодушевлять свою команду. Он не может выполнять за нее всю работу. Люди должны все сделать сами, но он в то же самое время должен придать им непоколебимую уверенность, что они в силах добиться и добьются успеха. Лидер несет ответственность за их эмоциональный настрой и моральный дух. Во время битвы он не должен выказывать ни малейшего признака слабости, сомнения или страха. А это не всегда легко. Руки Моше отяжелели. У всех лидеров бывают моменты усталости. В такие времена лидеру требуется поддержка — даже Моше понадобилась помощь Аарона и Хура.

Говоря современным языком, лидеру требуется эмпатия. Дэниел Гоулман, получивший известность своими работами на эту тему, полагает, что одна из важнейших задач лидера — сформировать и поддерживать настроение команды: «Нас увлекают за собой великие лидеры. Они зажигают в нас страсть и пробуждают лучшие качества. Когда же мы пытаемся объяснить, в чем действенность лидеров, мы говорим о стратегии, предвидении или притягательных идеях. Но в реальности все оказывается куда более примитивно: великие лидеры работают на уровне эмоций» Goleman D. Primal Leadership. Boston: Harvard Business Review Press, 2002. P. 3.
.

Группы людей обладают общим эмоциональным полем. По отдельности индивидуумы могут быть счастливы или печальны, возбуждены или спокойны, боязливы или храбры. Но когда они сплачиваются в группу, у всех появляется общий настрой, то есть происходит «эмоциональное заражение», и участники группы чувствуют одно и то же. Ученые экспериментально доказали, как в течение пятнадцати минут с начала разговора у двоих людей начинает проявляться сходство физиологических маркеров настроения, таких как частота пульса. «Когда трое незнакомцев сидят друг напротив друга минуту‑другую молча, наиболее эмоционально экспрессивный из них передает свое настроение двум другим, не говоря при этом ни слова» Ibid. P. 7.
. Физиологическая основа этого процесса, известного как отражение, в последние годы интенсивно изучалась, и этот процесс наблюдался даже у обезьян. Он лежит в основе эмпатии, посредством которой мы понимаем и разделяем чувства других людей.

Мы подходим к пониманию одной из важнейших ролей лидера. Именно он в первую очередь определяет общее настроение группы. Гоулман приводит результаты ряда научных исследований, показывающих ключевую роль лидеров в формировании общих эмоций в группе:

«Лидеры, как правило, говорили больше прочих, и к тому, что они говорили, люди прислушивались с большим вниманием… Но влияние на эмоции группы не сводится лишь к словам лидера. Как показано в этих исследованиях, даже когда лидеры ничего не говорят, на них взирают с бо́льшим вниманием, нежели на кого‑либо еще в группе. Когда всей группе задавали вопрос, члены группы вначале смотрели на лидера, чтобы уловить его реакцию. В самом деле, члены группы обычно воспринимают эмоциональную реакцию лидера как наиболее адекватную и на ее основании моделируют свое эмоциональное поведение — особенно в сомнительных ситуациях, в которых разные члены группы реагируют неодинаково. В каком‑то смысле лидер устанавливает эмоциональные стандарты поведения» Ibid. P. 8. .

В поведении лидера важны даже невербальные элементы. Лидеры, по крайней мере на публике, должны заражать своей уверенностью, даже если в глубине души их грызут сомнения. Если же они выдают свои внутренние страхи словом или жестом, то рискуют оказать деморализующее воздействие на группу.

Нет более яркого примера, чем тот эпизод, в котором сын царя Давида Авшалом поднимает бунт против своего отца, объявляя себя царем. Войска Давида подавили восстание, в результате чего Авшалом погибает, зацепившись волосами за ветви дерева и погибнув от руки Иоава, военачальника Давида.

Услыхав эту новость, Давид был безутешен. Пускай его сын восстал против него, но он же его сын. Оплакивая его смерть, он закрывает лицо и восклицает: «Сын мой, Авшалом! Сын мой, сын мой, Авшалом!» (Шмуэль II, 18:33). Известие о горе Давида быстро распространяется среди солдат: они заражаются эмоцией Давида — и пребывают в скорби. По мнению Иоава, это катастрофа. Воины пошли на большой риск, сражаясь на стороне Давида против его сына. И они не могут жалеть о своей победе, не вызвав смущения у людей и не подорвав боевой дух войска.

 

И пришел Иоав к царю в дом и сказал: «Ты в стыд привел сегодня всех слуг твоих, спасших ныне жизнь твою, и жизнь сыновей и дочерей твоих, и жизнь жен, и жизнь наложниц твоих. Ты любишь ненавидящих тебя и ненавидишь любящих тебя, ибо ты показал сегодня, что ничто для тебя и вожди, и слуги. Сегодня я узнал, что если бы Авшалом остался жив, а мы все умерли, то тебе было бы приятнее. Итак, встань, выйди и поговори к сердцу рабов твоих, ибо, клянусь Г‑сподом, что, если ты не выйдешь, в эту ночь не останется у тебя ни одного человека; и это будет для тебя хуже всех бедствий, какие находили на тебя от юности твоей доныне» (Шмуэль II, 19:6–8).

 

Давид делает так, как настаивает Иоав. Он соглашается с тем, что есть время и место для скорби, но не сейчас, а самое главное — не на публике. Сейчас надо благодарить воинов за их мужество во время защиты царя.

Лидерам порой приходится смирять собственные эмоции, если они не желают деморализовать тех, кого они ведут к цели. Во время битвы против амалекитян, первого сражения, когда евреям пришлось драться за свою жизнь и свободу, Моше выпала важная роль: ему предстояло внушить людям уверенность в себе, заставив их обратить взоры к небесам.

В 1875 году археолог‑любитель Марселино де Саутуола начал раскопки в пещере Альтамира на северном побережье Испании. Поначалу он не обнаружил ничего интересного, но его любопытство получило новый импульс после поездки на выставку в Париже в 1878 году, где он увидел экспозицию орудий и произведений искусства ледникового периода. Решив попробовать найти аналогичные древние предметы, он в 1879 году вернулся на место своих раскопок.

Однажды он взял с собой свою девятилетнюю дочь Марию. И пока он производил поиски в груде щебня, она углубилась в пещеру и, к своему изумлению, увидела что‑то на стене над головой. «Смотри, папа, тут быки», — сказала девочка. Это были изображения бизонов. Так она сделала одно из грандиознейших открытий в области первобытного искусства. Великолепные образцы наскальной живописи в пещере Альтамира, которым от тридцати пяти до двадцати пяти тысяч лет, были настолько беспрецедентным открытием, что потребовалось еще двадцать два года для подтверждения их подлинности. В течение четырех лет Саутуола работал всего в нескольких футах от этого сокровища, но проглядел его лишь по одной причине: он не обратил свой взгляд вверх.

Одним из сквозных мотивов Танаха является призыв поднимать глаза вверх. «Поднимите глаза ваши к небесам и посмотрите, кто сотворил их», — сказал пророк (Йешаяу, 40:26). «Возвожу очи мои к горам, откуда придет помощь моя», — говорит царь Давид (Теилим, 121:1). В книге Дварим Моше говорит народу Израиля, что Земля обетованная будет не такой, как равнинная пустыня рядом с дельтой Нила, где много воды и где запасы не истощаются. Это будет страна гор и долин, чье плодородие целиком зависит от непредсказуемых дождей (Дварим, 11:10–11). Это будет земля, которая заставит населяющих ее людей устремлять взоры вверх. Вот что сделал Моше для своего народа в ходе его первой битвы. Он научил его устремлять взгляд к небесам. Никакое политическое, общественное или моральное достижение немыслимо без преодоления трудных препятствий. Приходится сталкиваться с интересами разных групп населения, менять настроения, преодолевать сопротивление. Возникает масса сиюминутных проблем, а великие цели часто кажутся недостижимо далекими. И всякое коллективное действие сродни попытке провести народ через пустыню, когда снова и снова выясняется, что цель маршрута не так близка, как может показаться при взгляде на карту.

Если устремить взор вниз, под ноги, сосредоточиваясь на трудностях пути, можно предаться отчаянию. Единственный способ сохранить оптимизм — это смотреть вдаль, в сторону далекого горизонта надежды. Философ Людвиг Витгенштейн однажды заметил, что цель философии — показать мухе выход из мухоловки Витгенштейн Л. Философские исследования. М., 2018. Параграф 309. . Муха, попав в бутылку‑ловушку, ищет из нее выход. Она тычется головкой в стеклянные стенки, пока наконец, утомленная, не умирает. А ведь бутылка все время была открыта. Муха забывает об одном: поглядеть вверх. Так иногда ведем себя и мы.

Задача лидера — заражать уверенностью и эмоционально воодушевлять. Это именно то, что сделал Моше, когда на вершине горы на глазах у народа воздел руки и посох к небесам. Увидев это, люди поняли, что они победят. «Не воинством, не силою, но Духом Моим», как сказал пророк (Зхарья, 4:6). Немногочисленный народ, который перед лицом трудностей продолжает устремлять взор к небесам, одержит великие победы и добьется исторических свершений.

Книгу Джонатана Сакса «Уроки лидерства» можно приобрести на сайте издательства «Книжники»

КОММЕНТАРИИ
Поделиться