Уроки Торы I

Уроки Торы I. Шмини

Менахем-Мендл Шнеерсон 8 апреля 2016
Поделиться

Название недельной главы «Шмини» (в переводе — «восьмой») относится к дню, когда Аарон и его сыновья начали службу в святилище. В этот день раскрылась Слава Б‑га. Но почему он назван «восьмой день»? Только ли потому, что наступил после семи дней освящения святилища? Вряд ли он похож на простое их продолжение. Ведь в те семь дней евреи стремились приблизиться к Б‑гу, совершенствуя себя и этот мир. А на восьмой день Б‑г раскрыл перед ними Свою Славу. Можно ли уравнивать усилия человека и ответ Всевышнего, выраженный в явлении Его Славы? Один ограничен в своих возможностях, другой — безграничен. Тогда можно ли говорить о восьмом дне как о логическом продолжении предыдущих семи? Начав с этого вопроса, Ребе исследует взаимосвязь человеческих устремлений и Б‑жественного откровения на примере святилища, Субботы, обряда обрезания и счета омера.

НА ВОСЬМОЙ ДЕНЬ

Глава «Шмини» начинается словами: «И было на восьмой день…» Кли Якар, комментируя Тору, задается вопросом: почему этот день, наступивший после семи дней освящения святилища, назван «восьмой день»? Получается, события его были естественным продолжением предыдущих семи. Что было на самом деле? Посвящение Аарона и его сыновей длилось всего семь дней: «И от входа в шатер откровения не отходите семь дней, пока не пройдут дни посвящения вашего, ибо семь дней продлится обряд вашего посвящения» (Ваикра, 8:33). За это время был освящен алтарь. А следующий день был отделен от предыдущих: он был предназначен для посвящения Аарона и его сыновей в служители святилища.

Кли Якар так отвечает на свой вопрос: тот день назван восьмым, дабы подчеркнуть его необычайную природу. Ведь вскоре после этих слов сказано: «Сегодня Всесильный откроется вам». То, что Б‑г открылся именно в этот день, а не в дни посвящения, объясняется в Торе тем, что это был восьмой день. Семь — число дней недели, измерение земного времени, символ человеческого пространства. Восемь символизирует святость, неподвластную человеку.

Вот почему обрезание можно делать в Субботу. Ведь обрезание происходит на восьмой день от рождения, а Суббота — седьмой день недели. Другими словами, Суббота относится к человеческому измерению времени, а обрезание — уже к области святого, сверхъестественного. А требования духовного превалируют над требованиями физического.

УРОВНИ СВЯТОСТИ

То, что число дней недели равно семи, не означает, будто это число — символ только будничного мира, мира светского. Ведь, как известно, Суббота, будучи одним из этих семи дней, тем не менее является днем святости. И все же он рассматривается как один из семи дней творения, а значит, относится к установленному порядку. Число восемь символизирует выход за границы привычного времени, скорее оно выражает полное единение с Б‑гом как таковым, чем с тем, как он связан с этим миром.

Кли Якар приводит пример с числом восемь: у арфы, которая будет использоваться в Храме с наступлением Эры Машиаха, будет восемь струн (Эркин, 13б). А у арфы, на которой играли в Храме, было только семь. Она была священной. И все же менее священной, чем будет арфа времен Машиаха.

Тора сама по себе священна. Но наш отклик на нее Мидраш называет «суетой» (Коелет раба, 11:8) по сравнению с изучением и раскрытием Торы в Эру Машиаха.

Иными словами, существуют различные уровни святости. Святость этого мира раскрывается в числе семь, и она ограничена человеческими возможностями. Но существует и другая святость, выходящая за пределы этого мира, за пределы представления о том, что Б‑г и мир — два разных понятия. И этот уровень святости выражается числом восемь.

ДАРЫ И НАГРАДЫ

Интересно, что Кли Якар, отвечая на свой вопрос, похоже, не справляется с этой задачей. Напротив, его ответ заостряет вопрос.

Если восьмой день выражает полное единение с Б‑гом, то он означает нечто сверхъестественное. Но если это так, то он не может быть связан с предыдущими семью днями посвящения, ведь они являют собой человеческую деятельность, освящение естественного порядка и земного времени. В то же время нам ясно дается понять, что под словами «восьмой день» подразумевается продолжение предыдущих семи.

Решение проблемы обнаруживается в следующем факте: сверхъестественное раскрытие Б‑жественного зависит от наших собственных усилий. От нашего признания над собой воли Всевышнего и служения Ему зависит скорейшее наступление Эры Машиаха. Усилия в течение семи дней земного времени ради совершенства данного мира лучше выражают нашу преданность Б‑гу. И на восьмой день — день Машиаха, эта преданность приведет к тому, что Всевышний ответит. Хотя Эра Машиаха станет достижением высшего уровня святости по сравнению с тем, что мы можем достичь своим служением Б‑гу сегодня, это не будет внезапным прорывом в еврейском сознании. А скорее станет логическим итогом всех предшествующих наших действий — «восьмым днем» в том смысле, что он продолжит и завершит наши стремления к совершенству после того, как мы выполним все от нас зависящее.

Проведем аналогию. Субботу, седьмой день, можно рассматривать двояко. С одной стороны, это один из дней недели — священнее остальных шести, но все же часть земного измерения времени. В заповеди о Субботе есть замечательная фраза: «И будут хранить субботу сыны Израиля, чтобы совершать (обычно переводят как “соблюдать”) ее во всех поколениях своих» (Шмот, 31:16). Мы соблюдаем Субботу. Это святилище, которое мы строим в течение недели своим служением Б‑гу. С другой стороны, Суббота — «часть будущего мира», намек на Эру Машиаха. Самостоятельно мы не можем достичь такого аспекта и получаем его в дар от Б‑га. Именно об этом речь идет в Талмуде: «Святой, пусть благословен Он будет, сказал Моше: “В моей сокровищнице есть ценный дар, и это — Суббота”» (Шабат, 10б).

Слова «дар» и «награда» различны по значению: награду получают за выполнение чего‑то, а дар зависит только от милости благодетеля. И этот аспект Субботы, эта раскрываемая часть будущего мира зависит только от милости Б‑га. В нем заключается святость, выходящая за границы человеческих возможностей.

Но даже дар мы должны заработать. Мудрецы говорят: «Если одариваемый не сделает приятное (своему благодетелю), тот ничего ему не подарит» (Мегила, 26б; Гитин, 50б; Бава батра, 156а). То есть, если мы не сделаем приятное Всевышнему, то не получим Его подарка. Тогда как «тот, кто работает накануне Субботы, будет есть в Субботу» (Авода зара, 3а; Ликутей Тора, Шир а‑ширим, 24б). Благодаря своим трудам мы получаем Б‑жественный дар, значительно превышающий стоимость нашей работы.

Это верно и в отношении Б‑жественного откровения в святилище на восьмой день. Оно не является заслуженным работой человека над освящением Храма в течение семи дней. Однако Б‑жественный отклик пришел только тогда, когда посвящение было завершено. Б‑г преподносит Свой дар человеку после того, как тот сделал для посвящения себя Б‑гу все, что в его силах. Потому‑то это и называется «восьмым днем» — днем милости Бжьей, когда Он откликается на семидневное стремление человека соединиться с Ним.

ПОДСЧЕТ ОМЕРА

Часто главу «Шмини» читают сразу после Песаха, перед началом семи недель, в течение которых ведется счет омера. Как эти два события связаны между собой?

Тора говорит об омере: «Отсчитайте пятьдесят дней» (Ваикра, 23:16). Но на самом деле мы отсчитываем всего сорок девять. Почему? В течение семи недель мы, шаг за шагом отдаляясь от сорока девяти «стадий нечистоты», проходим через сорок девять «ворот понимания». Последний, пятидесятый, уровень понимания находится за пределами нашего сознания. И мы поднимаемся на него только вследствие того, что собственными усилиями достигаем сорок девятого уровня. Он — как дар Б‑га.

Семь недель омера можно сравнить с семью днями посвящения. Они выражают духовные достижения человека. Пятидесятый день омера подобен восьмому дню в святилище: это откровение, которое врывается в нашу жизнь извне, это ответ Б‑га на наши усилия. Пятидесятый день — Шавуот — это день, когда нам была дана Тора на горе Синай. И это — предвкушение будущего раскрытия света Всевышнего во времена Машиаха (Танья, ч. 1, гл. 36).

 

ПРОШЛОЕ И БУДУЩЕЕ ОСВОБОЖДЕНИЕ

Подсчет омера был не только подготовкой к принятию Торы. Это также подготовка и к приходу Машиаха.

У пророка Михи (7:15) мы читаем: «Как в дни твоего выхода из Египта, Я буду творить чудеса». Но выход из Египта произошел всего за один день — 15 нисана. Любавичский Ребе Раяц объяснял: освобождение из Египта будет завершено лишь тогда, когда придет будущее избавление. До тех пор мы все равно находимся в плену у Египта (в метафорическом смысле), то есть в плену своей ограниченности. Наша задача заключается в том, чтобы ее преодолеть. Исторический исход евреев из Египта в 2448 году был лишь началом долгого процесса самоосвобождения. Он будет завершен в Эру Машиаха, когда мы наконец достигнем того уровня, на котором уже никакие духовные высоты от нас не будут скрыты. В тяжелые времена, когда мы опускаемся в духовном плане, кажется, что этот процесс приостановился или даже пошел в обратную сторону. Но для достижения новых духовных высот иногда необходимо пережить тяжелые времена. Тогда появляются резервы новых сил, и это нельзя считать возвращением на прежнюю стадию развития, потому что такое время помогает человеку подняться на новый уровень религиозного сознания. Подобные стадии поступательного духовного роста человека — часть Б‑жественного плана.

Поделиться

The Times of Israel: Хасидская история: из Нью‑Йорка в пустыню Негев

Когда я задал вопрос о здании школы, он провел ладонью по лбу и ответил, что оно было возведено по ошибке. «Отдайте его мне, — предложил я. — Любавичский Ребе посоветовал мне открыть в этом городе колледж. Ваша школа станет первым зданием кампуса». В волнении мэр набрал номер главного инженера: «Скорее несите ключи. Тут один еврей спрашивает о здании школы!» Вскоре тот вбежал в кабинет мэра с криком: «Вот ключи! Заберите их! Школа ваша».

Повышен ли у евреев риск развития болезни Паркинсона?

«Паркинсон вызывает отчуждение и в ультраортодоксальной общине обычно считается смертным приговором, — поясняет Наоми Левин. — Некоторые предпочли бы получить диагноз терминальной стадии рака. Раввины стараются изменить это мнение, им хорошо известно, как оно вредоносно. Из‑за стигмы пациенты не выходят из дома и быстро превращаются в инвалидов».

После перерыва в 500 лет у Кордовы будет свой раввин

Есть и другие раввины в Испании, но Касас единственный уроженец центра Андалусии. Он осознает меру своей ответственности и гордится ею. В его подписи в электронной почте — изображение его города и цитата из Ибн‑Гвироля, андалусийского еврейского поэта и мыслителя XI века. Хотя от него этого и не требуется, Касас подписывается традиционным образом, указывая на свой родной город: «Рабби Хаим Касас из Кордовы».